Потерянные имена, чужие тени

– Религиозная система в вашей стране весьма запутана и интересна, – пробормотал Корнелий. – Расскажешь потом подробнее. Сейчас мы будем знакомиться с родственниками князя…

Они уже прошли аллею, и оставалось только завернуть за угол здания, чтобы подойти ко входу.

– А почему ты сразу решила, что ее убили? – спросил Корнелий, которому все не давала покоя горячность Раду в вопросах наказания виновных. – То, что смерть пытались прикрыть другой причиной, еще не значит, что имело место убийство. Вдруг это нелепая случайность, стечение обстоятельств? Кто-то испугался, что его обвинят и выдумал упыря и всю эту историю.

Раду открыл было рот, чтобы ответить, потом нахмурился.

– Я же просил, мастер Тенда. Вы опять обращаетесь ко мне, как к женщине.

– Нас не слышит никто, – отмахнулся Корнелий. – Велика ли беда? Я и прежде предлагал тебе вернуться к прежнему… образу. У меня нет предубеждений против женщин, выполняющих свою работу достойно, как это делаешь ты. Для общества я могу представлять вас своими родственницами.

Корнелий даже остановился, преграждая Раду дорогу. Раду сразу же напрягся, сузив глаза – Корнелий подошел слишком близко.

– Я не знаю подробностей, – понизив голос, сказал Корнелий. – Но ваш дядюшка намекнул, что вы скрываетесь от неких врагов. Не кажется ли тебе, Раду, что за два года переездов ваш след давно уже потерян? Что нет опасности, а даже если вас случайно… хотя ну какая тут возможна вероятность… найдут, то ничего дурного не случится. Война закончилась, мы в цивилизованном обществе…

– Мастер! – прервала его Раду.

 – Не надо. Вся эта ваша «цивилизованность» не более чем обманка. Это не защита. Вспомните, по какой причине нас вызвали сюда. И позвольте мне самой… самому решать, как мне следует оберегать сестру и себя. Не сбивайте с толку этими речами.

Она скользнула мимо и зашагала дальше, твердо печатая каблуками по дорожке. Корнелий уже в спину сказал ей:

– Ты ведь запутаешься, кто ты. Сама забываешь, что это всего лишь маскарад.

Раду на миг замедлил шаг и бросил через плечо:

– Я всегда знаю, кто я. Меня зовут Раду. Другого имени у меня нет.

***

– Идут, идут! Маменька, идут! Ой, такие серьезные! Ой, а вдруг и правда упырь? А я думала, разбойники! Разбойники, как в…

– Присядь! – одернула княгиня младшую дочь. – Еще не хватало, чтобы они увидели, как ты в окно на них смотришь. Ион, дорогой, тебе удалось что-то узнать у отца? Мне не хотелось бы попасть впросак с гостями.