Ведунья. И сказание об Алеке Скитальце

Он и сам пытался освоить этот удар, но в заклинаниях важно умение сконцентрировать, а затем спроецировать намерение в конечный результат. Моряк отставал по обоим пунктам. У него удар ветра или не получался вовсе, или проецировался легким ветерком, который, как вечерний бриз, пролетал мимо противника. Ой и натерпелся же Моряк насмешек! Можно подумать, у кого-то на базе получалось намного лучше.

А Странник, не теряя ни секунды, уже был занят двумя другими эховцами, которых он обезвредил не поворачивая головы —одного подножкой, а другого – уже хорошо известным Моряку заклинанием оглушения.

«Два, три», – считал тот. Следующим по счёту был Кардинал, который мгновенно оправился от внезапного нападения и сам отправил в Странника удар ветра. Но тот каким-то невероятным образом оказался позади Кардинала и ударил его по спине стальной рукой Будды.

«Уф, это больно!» – прокомментировал Моряк, вспоминая, как он подростком попался под отцовскую стальную руку Будды.

Наконец Моряк ощутил, как онемение отступило, и он с детской радостью пошевелил ногами.

«Ну, держитесь!» – мелькнуло у него в голове, и он тут же бросился на стоящего рядом эховца. Моряк не старался драться красиво, как мастер, – куда уж там! Но дрался отчаянно и самозабвенно – на победу.

«Пять!» – крикнул он.

Повалив ошеломлённого противника на землю и влупив ему пару простых человеческих ударов кулаками, он схватился за лодыжку близстоящего эховца и с силой опрокинул его навзничь. Перекатившись с одного тела на другое – «Шесть!», – Моряк стал охаживать вырывающегося противника почём попало, совершенно не замечая сыпавшиеся на него удары.

Он как будто всё ещё не чувствовал боли после оглушения и дрался беспорядочно, но эффективно. Наконец одолев своего противника, он краем глаза успел заметить, как мастер приложил сразу двоих электрическим разрядом молнии.

– Достаточно, – раздался низкий голос Кардинала.

Моряк шумно втянул в себя влажный травянистый аромат. Дышать было тяжело, словно что-то мешало воздуху проходить в легкие.

Он сплюнул кровь, затекавшую ему в рот.

«Тьфу ты, чёрт, сломан нос, – понял он. – Ну ладно, дома подправят».

Моряк поднялся, опираясь на одно колено, и увидел, что на всей поляне стоял лишь один Кардинал. Остальные бойцы медленно поднимались с земли, а Горец на коленях осматривал оглушённых.

– Думаю, теперь ты согласишься отвести меня и моего бравого камрада, – Моряку показалось, что мастер чуть-чуть улыбнулся, – к вашему главному.