Серое море Гренгавиума

– Точно, – замирающе отозвалась Саша. Даже дыхание перехватило. Вдруг это ей продолжает сниться, и сейчас сон во сне прервется, и снова придется жечь несчастных, изломанных живых людей, потерявших разум. – Откуда вы знаете?

Ярослав искоса посмотрел на ее хмурое испуганное лицо и криво хмыкнул.

– Это из фильма, – помолчав, сказал он. – Помните, даже сериал с таким названием был? И зомби там ходили, как вы говорите. Вчерашний фильм очень похож на него, видимо, по ассоциации пошло. Мне то же самое снилось.

Саша растерялась и покачала головой.

– Я не помню, – отозвалась она, подумав. – Сериал, да? Надо будет погуглить. Надо же, а меня так напугало, все как вживую.

– Вряд ли найдете. Слишком старый, да и не очень… хороший был. А кто… кем вы там были?

Саше уже не хотелось вспоминать.

– Ну так, – пробормотала она. – Просто кто-то, я имя не запомнила. Какая-то тетка из обычных. Поэтому было страшно.

– Ясно, – отозвался Ярослав и отвернулся.

Разговор как-то увял сам, и Саша, допив чай, который Ярослав слишком сильно разбавил холодной водой, ушла к себе.

Что ей снилось потом, она не запомнила.

4. Проникновение

Тайтелин прошлась по квартире, вытащила из тайника пару безделушек: механический будильник и заводной латунный рельсоход, которые могли бы понравиться Диэди.

Из-под пыльного горшка с засохшим цветком в холле квартиры она вытянула запасной ключ, чтобы запереть дверь, и, поколебавшись, выкинула его потом на улице.

Возвращаться она не планировала, но думать о том, что туда, к полосатым обоям, семейным фотографиям людей, которых она никогда уже не увидит, забредут подменыши, было неприятно.

Косу пришлось оставить в одной из арок двора, Тайтелин не хотела рисковать при возможном обыске. Там же, между расшатавшимися кирпичами кладки, остался и пульт.

Она быстро добралась до ворот на территорию Филиала и словно бы нерешительно замялась перед ними.

Тайтелин стояла перед одним из самых мощных оплотов цивилизации в их мире, и эта мысль немного смешила ее.

У Корпорации были солдаты, склады, генераторы и, говорят, даже фермы в тихих южных провинциях. В столице сохранился исследовательский институт, а территория тамошнего укрепления занимала несколько кварталов.

Но этим все равно ничего нельзя было поправить. Они просто цеплялись за то, что навсегда ушло, и будто не видели, что мир изменился.

Ворота были заперты, но высокая металлическая дверь сбоку была распахнута настежь и через нее изредка проходили люди.