Каменистая дорога. Оптимистичный стимпанк

Но вам-то зачем?

– Ты не поймёшь, – тихо пробормотала она, так и не поняв, услышал кучер или нет.

– Ну моё-то дело простое. До Лонча я вас довезу, и до фабричной конторы доставлю в полной норме. Но всё ж, помяните моё слово, нечего вам там делать, нечего. Скверное это место – город. Очень скверное.

Она лишь вздохнула. Что он может знать о городе. Мало ли как этот город выглядит. Главное в другом. Город это… это город. Это свобода и возможности. А зачем Тео свобода и возможности? Он и так счастлив со своей конюшней.

Когда они добрались до поворота, уже прилично стемнело. Мрачная глыба старого замка на скале над дорогой понемногу растворялась в наливавшемся чернотой небе, добавляя горевший в одном из окон свет к гирляндам проступавших в сгущавшемся мраке звёзд.

– Я и не знала, что там снова живут.

– В замке-то? Да не живёт там никто…

– А кто огонь зажёг?

Тео сдвинул картуз на затылок и посмотрел вверх.

– Ума не приложу. Но недоброе это дело. Я когда на давешний месяц проезжал – никого там не было.

– Ты опять? Нет там никаких привидений. И вампиров тоже нет. Я уже взрослая, и не верю в сказки.

Впрочем, сейчас уверенности у неё в голосе было уже заметно меньше, чем утром.

– Ну, верь аль не верь, а держаться лучше от всякого такого подальше. Не вомперы, так люди какие лихие пристали. Один чёрт – не к добру, не к ночи будь помянут. Н-ноо, лентяй старый, резвее давай…

Мерин недовольно фыркнул, но шагу прибавил.

На развилке у поворота на замок их ждал постоялый двор. Подъезжали к нему они уже в темноте. Черноту тихой ночи разрывало лишь тусклое мерцание фонаря над крыльцом, да фырканье и сопение коней в стойлах.

– Многовато у них сегодня гостей-то, – проворчал Тео, – глядишь, как бы спать на конюшне не пришлось…

Он глянул на расстроенное лицо пассажирки.

– Та не бойтесь, я их уговорю. Отыщем вам комнатку.

В сенях было душно и густо пахло горелым салом, чесноком и дешёвыми свечами.

– Частенько захаживаешь.

– Да вот, учителеву дочку в город везу. Младшую. Не сидится нонеча молодёжи дома.

– Да уж, – хозяин понимающе кивнул.

– А у тебя, смотрю, дел невпроворот. Вон лошадей-то в конюшне сколько.

– Да есть такое, городские господа вот понаехали. Важные все, что твой исправник. Ну и слуг у каждого… Но тебе комнату найду. Только уж не обессудь – на чердаке.