Башня из грязи и веток

Шэй и не предполагал, что деревня могла похвастаться столь многочисленным населением, но всякий раз, когда он думал, что поток людей иссяк, толпа вздрагивала, шла рябью и выталкивала на поверхность новое лицо.

«Оставайся на месте». Он чувствовал себя как на ладони. Голым. Мальчишки с кухни опустили платформу, позволив герцогу сойти на землю.

– Давайте выкажем нашему думскому другу немного уважения.

Секунду никто не двигался, затем женщина в коричневом платье отделилась от толпы, бросилась вперёд и плюнула кронпринцу под ноги.

Герцог улыбнулся. Двое мужчин последовали примеру женщины.

– Только передний ряд! – проревел Патрик.

С задних рядов пришёл ропот, распространился подобно заразе: «Мразь, мразь, мразь».

Мужчина в центре действа продолжал улыбаться, и его улыбка вместе со скандированием и колыханием толпы оказала на Шэя гипнотическое воздействие.

– Варварство. – И всё-таки он не мог отвести взгляд.

– А страх – это всегда варварство.

 – Бриэль наклонилась к нему. – Кое-кто тут боится. Приходит в ужас при мысли, что может увидеть в небе челнок.

– Благодарю вас, благодарю. – Герцог помахал руками, ладонями вниз, словно успокаивая толпу. – Не знаю, слышали ли вы, но сегодня с нами гость с Красного холма. Не потрудится ли он выступить вперёд?

Ропот растворился в шёпоте.

– Что он делает? – Шэй повернулся к Бриэль.

Она вздохнула:

– А теперь начинается самое неприятное.

– Эшкрофт, выходите сюда, ко мне.

 – Герцог сказал это тише, но так, чтобы Шэй услышал.

Бриэль промолчала, и под пристальными взглядами он направился к чучелу.

– Зажги факел. – Герцог протянул руку к Патрику. – Давай.

Чиркнуло огниво, и маленький огонёк присоединился к большому, поджаривавшему западный горизонт.

Конец факела наклонился, указывая на Шэя.

– Возьмите его и сожгите принца, Эшкрофт.

– Что?

– Сожгите принца.

– Это же безумие. – Взгляд Шэя наткнулся на лицо женщины, на черепашью кожу мешков под неподвижными глазами.

Вокруг него было множество пустых глаз и пустых лиц.

Он повернулся к герцогу:

– Неужели вы не понимаете, насколько это унизительно, причём для всех присутствующих? Это чучело – пошлая насмешка. Он ничего не сделал ни вам, ни мне. Его здесь нет. Он даже не может защитить себя.

– О, он прекрасно может себя защитить. – Факел выплюнул несколько искр. – Воздушными челноками.