Шестеренки нового мира

Из них один, Рома, лежал в госпитале, а вторая, Кристина, согласилась не уходить с крыши и следить за передвижениями врага. С одной стороны, конечно, логичнее было бы оставить там Веру, которая могла общаться с призраками и получать от них более достоверную и подробную информацию. Но тут главным козырем стала винтовка. Пусть и с последними пятью патронами.

«Старшее поколение», в лице интенданта и Семёновны, сидело за соседним столом. Тоже о чём-то тихо переговаривались, интендант ещё и мерзко стучал ложкой по стакану.

Смысла беседы было не разобрать, но интонации не оставляли сомнений – эти тоже не в своей тарелке, переживают за общее поражение.

Рядом, на полу, лежал пёс, вывалив язык из раскрытой пасти и глядя на хозяина преданными глазами. С тех пор, как Валера видел его в последний раз, зверь заметно вымахал. Крохотный забитый щеночек, каким он казался когда-то, превратился в здоровенную собачину, почти с кавказца размером. Во внешнем виде тоже имелись заметные сходства с данной породой: короткая, тупая морда, жутковатые, немаленького размера клыки, выглядывающие из-за будто бы надменно приподнятой верхней губы, густая шерсть, толстые мощные лапы.

Только цвет, тёмно-серый, ни на что не похожий, и необычайно умные глаза, делали зверюгу какой-то особенной, совершенно не такой, как все привычные собаки.

Когда инженер впервые вышел на люди, после обретения новой жизни на «Алтаре», этот телёнок едва не сбил его с ног, обмусолив лицо шершавым языком.

Наверное, если бы не пресловутое «Базовое общее улучшение», точно опрокинул бы.

По словам девушек, которые заботились о животном в отсутствие законного владельца, он вообще никого и ни во что не ставил. Пока не трогали, не проявлял никакой агрессии, милостиво позволял себя кормить-поить, гладить, даже чесать, легонько вилял хвостом в благодарность, но на любые попытки ограничить свободу, не задумываясь, показывал клыки. Пока он был маленьким, никто не воспринимал этого всерьёз, но когда члены общины обнаружили, что как-то незаметно произошло это «за время пути, собака могла подрасти», и по двору ленивой трусцой бегал уже не маленький пушистый комочек, а здоровенный оковалок, его начали даже побаиваться.

Валера сам наблюдал всё это как-то раз, пока в виде бесплотного призрака носился по двору и окрестным домам, стараясь с наибольшей пользой использовать появившуюся возможность исследовать все щели и закоулки.