Этюд в аналоговой форме

От этих размышлений его оторвал голос всклокоченного и заспанного клерка, оформлявшего им прокат вездехода.

– Это ничейные земли. Если с вами что-то случится, никого кроме ваших родственников и нанимателей это волновать не будет, – он бросил взгляд на Бриму и уточнил, – если, конечно, вы сами о себе не позаботитесь.

– Мы позаботимся, – заверил его Себастьян, и брезгливо осмотрел выданный им рыдван, – надеюсь, тормоза у него хотя бы работают?

– Газ в этих местах важнее, – ухмыльнулся в ответ клерк, – если с кем-нибудь или чем-нибудь столкнётесь, то советую вам не геройствовать, а просто удирать как можно быстрее.

Он замахал рукой дремавшему возле ржавого забора оборванному типу в синем замасленном комбинезоне. Бледный и тощий тот всем своим видом остро напоминал восставшего мертвеца из какого-нибудь древнего фильма ужасов.

Со второй попытки тип всё-таки заметил бурную жестикуляцию клерка, медленно поднялся, испустил серию ворчащих и шмыгающих звуков, тщательно протёр руки о различные части своего одеяния и направился к управляющему пульту.

Массивные ворота содрогнулись и с заунывным скрипом начали расползаться, осыпая на землю фрагменты краски и ржавую крошку. Пулемётные турели медленно развернулись в нейтральное положение, злобно сверкнув напоследок багровыми светодиодами. Отто слегка поёжился. Даже Себастьян выглядел не так самоуверенно как обычно.

– Да, ещё. Будете возвращаться – держите руки на виду и двигайтесь медленно.

Турели автоматические… – напутствовал их клерк, – ну это если вообще вернётесь.

Он усмехнулся и захлопнул за собой дверь офиса.

Несмотря на ужасающий вид, раздолбанный вездеход оказался довольно таки проворным, хорошо управляемым и вполне надёжным. По крайней мере, кроме позвякивания и дребезжания отдельных деталей, никаких признаков скорой гибели он не демонстрировал, и разваливаться на ходу не спешил.

Их путь лежал вглубь пригородной зоны.

Подобно тому, как древние ледники выносили из своей толщи и громоздили по краю гранитные валуны и камни, мегаполис выносил и сбрасывал на своих окраинах крупный мусор, отмечая границы застройки геологическими накоплениями отходов.

Межметрополисные трассы располагались здесь на высоких эстакадах, внизу же дорог не было – только заросли побуревшего бурьяна, скрывавшие в своих недрах груды доисторического и не очень доисторического хлама.