Покеробы идут. Фантастическая повесть

– Почему? – повторил вопрос мальчик. – Надо же посмотреть, что было… почти было… почти будет перед этим, – он махнул рукой в сторону изрытого снега, где совсем недавно было видно мрачное вероятное будущее планеты. – То есть посмотреть не на три, а на два года вперёд, потом на один, на пол года…

– Не всё так просто, сигналы вероятного развития событий идут пачками, пучками, и нам удаётся разглядеть только определенные периоды времени.

– Значит, вы не знаете, что с нами случилось… почти… случится…

– Не знаем… – с достоинством согласился Пикасик.

– А как же вы нам поможете?

– Не знаю!

«Ни чего себе, спаситель!» – опять, теперь уже с нарастающей тревогой за Землю, подумал Вовочка.

Глава четвертая. Спаситель поневоле

Было ещё самое начало дня, ясного и солнечного… С ослепительно синего, безоблачного неба солнце светило ярко и по-весеннему весело, делая выпавший сегодняшней ночью снег непереносимо белым, искрящимся, праздничным.

«Неужели всё это может исчезнуть?! Неужели этого всего уже ПОЧТИ НЕТ?!» – с тревогой думал Вовочка, разглядывая окружающую его красоту, и от этого она казалось ещё более прекрасной, неповторимой, значительной…

Было довольно тепло, на тротуарах и проезжей части снега почти не осталось.

Постарались сотни ног и шин, перемесившие и стёршие нежный белый налет… Поэтому дороги и тротуары были черными, какими-то слишком черными.

Всё вокруг было нереально красиво. Нереально и… торжественно? По крайней мере, нашему герою так теперь казалось.

Контраст девственно белого на ветках деревьев, крышах и газонах и угольно черного на улицах почему-то вызвал у Вовочки мысли о… трауре… В его воображении появилась голая, пустая, серая Земля будущего. Пришлось помотать головой, чтобы отогнать от себя неприятное видение. Но это не помогло. Вовочка продолжал сравнивать обстановку вокруг себя с недавно увиденной мрачной картиной.

И чувствовать себя наш герой как-то не так. Нет, в смысле здоровья и даже, как не удивительно, настроения, несмотря на траурные ассоциации, всё было нормально.

Но в голове была какая-то удивительная, торжественная тишина. Непонятная глубокая, гробовая Т И Ш И Н А.

Для того чтобы думать внутри этой тишины даже приходилось прикладывать некоторые усилия. Вовочка понял, что он как раз усиленно старается что-то думать и представлять, чтобы заглушить эту непривычную внутреннюю тишину. Но она продолжала просвечивать сквозь все его мысли.