Гелий-3

У него не было аппаратуры. Он не мог ничего записать и никому показать. А значит, этого вообще не существовало.

С глухо колотящимся сердцем он двинулся назад. Коридор плыл у него перед глазами.

Кем были те таинственные люди на летном поле?

В самом ли деле он их видел?

И почему, собственно, ему это показалось странным? Трое одетых в темное людей бродили между машинами наземных служб. Их не было видно в темноте экологично освещенной полосы, а потом они на мгновение зажгли какой-то свет, отразившийся от их лиц и рук.

Фонарь, сварочный аппарат, ракета?

На перекрестке он разминулся с женщиной в жутком белом макияже, которая приплясывала, словно заводная фигурка на старомодной музыкальной шкатулке, притоптывая на месте и вертясь с поднятыми над головой руками.

Норберт прошел мимо нее и даже не оглянулся.

Теперь он был уверен, что бредит. Он не помнил, когда еще ему приходилось так долго существовать с отключенным доступом к Сети, не видя ничего, кроме голой бурой реальности. И это его тревожило – он не был уверен, происходит ли это только с ним, или внезапно исчезла вся Сеть и мир заполнился обезумевшими лунатиками.

Он подозревал, что если ему все это снится, то до зала ожидания он уже не доберется, и так и будет блуждать по все более идиотским локациям, мучимый неясной мыслью, что ему надо куда-то успеть.

Таковы были правила сновидения.

Тем временем он без каких-либо проблем вернулся назад, а зал ожидания выглядел точно так же, как и раньше.

И точно так же, как и раньше, его заполняли бредящие психопаты.

Ощущение нереальности не покинуло его даже тогда, когда, по прошествии двадцати шести часов с начала путешествия, он уже добрался до места, получил багаж и позволил аэропорту выплюнуть его на мокрый бетон перед терминалом в Модлине, под стоящий на столбах навес, по которому хлестали ветер и дождь.

Метро еще не ходило, как и электричка.

Впрочем, городского приложения у него все равно не было.

В самолете он заснул, опираясь головой о сиденье впереди, за что теперь расплачивался болью в затылке.

Ему снились коридоры, полные безумцев и появляющихся из ниоткуда силуэтов в конькобежных костюмах, и он сам не знал, что из всего этого происходило с ним на самом деле.

По прилете он тут же ворвался в туалет и напился воды из-под крана, то и дело отключавшегося из-за датчика движения. Он утолил жажду, но теперь ему казалось, будто его желудок заполняет огромная, ледяная, воняющая хлором медуза.