Наряд. Книга II. Южный крест

И некоторые из них, функции которых пересекаются, не то чтобы конфликтуют, а скорее соревнуются между собой за первенство в выполнении определённых задач.

– Конкурируют, – хмуро сказал Токарь.

– Именно, – подхватил Васильков. – Кроме того, о многих вещах просто не стоит болтать в силу разумных причин, первая из которых – секретность. К тому же наши прямые конкуренты – штурманский отдел – так и ждут, что мы где-нибудь накосячим. Это не говоря о том, что у нас далеко не самые лучшие времена. Кстати, тебе скоро предстоит знакомство с ними и их лидером – Константином Петровичем Русаковым.

Для того чтобы стать настоящим курьером, тебе необходимо узнать очень много нового. Многое из этого придётся выучить наизусть. А в конце – сдать зачёты по своим знаниям. Чем быстрее ты их сдашь, тем раньше получишь допуск на дежурство курьером, то есть станешь полноценным КПшником – одним из нас. Соответственно, тем быстрее хоть немного разгрузишь Лебедеву. Пока что она справляется с тем объёмом работы, который свалился на её плечи, только чудом, но с каждым днём ей всё труднее… Ну, и тем раньше у тебя появятся выходные… В общем, если успеешь встать в строй за полторы-две декады, будешь молодцом.

– Успею! – твёрдо сказал я. – А с Константином Петровичем я и так уже успел познакомиться. Кстати, по-моему, они с лейтенантом Мартыненко в друзьях.

– Ну вот! – округлил глаза Олег.

– Мы же тебе говорили! – поддержал его Вагиф.

– Хм! – задумался Васильков, – да неужели? Только помолчите, я вас прошу. Знаю отлично, что говорили.

– Итак, – сказал майор Токарь после паузы, – сколько документов в этом отделении?

– Один! – ответил я.

– Сигнал запомнил? – в свою очередь спросил майор Самедов. – Цифры не надо, достаточно слова.

– Да, – ответил я, – «гюйсовка».

– Тогда закрывай своей рукой, – протянул мне Олег ключи. – И не забудь опечатать.

Я закрыл отделение, после чего опечатал его круглой печатью, висевшей на связке ключей. Для этого мне пришлось как следует наслюнявить кисть руки, чтобы потом хорошенько потереть об неё печать, так как из-за того что было тепло, пластилин норовил прилипнуть и всё портил.

Пришёл Николай Маркович, а на Володю посыпался шквал звонков.

– Сергей Александрович, я принёс! – сказал он, протягивая мне громоздкую тетрадь в толстой зелёной обложке. – Это тебе, Митя.

– А сюда, – сказал Васильков, – ты будешь конспектировать всё, что будет необходимо. У каждого из нас есть такая, она называется тетрадью общей подготовки.