Гибельный дар

У него на глазах покупательница опробовала волшебный циркуль – тот скакал по прилавку, будто заводной чертик-непоседа. Подпрыгивая, он рисовал в воздухе затейливо переплетающиеся цветные окружности, контуры которых истаивали не сразу и какое-то время висели над прилавком трехмерным подобием олимпийской эмблемы. Слева от прилавка в высоком столбе синеватого света двигались предметы, назначение которых Илья, пожалуй, рискнул бы предположить, но боялся попасть впросак.

– Ты, наверное, проголодался? – предположил мужчина.

 – Пойдем-ка, пообедаем. Здесь есть отличный, очень уютный ресторанчик… Да, кстати, вот, возьми, – и протянул карточку, похожую на обычную кредитную или зарплатную карту, плотную, с рельефным тиснением. – Здесь сто рубиновых единиц. Позволь, я поясню. Когда-то здесь, на Оборотной стороне, в качестве денег были в ходу драгоценные и полудрагоценные камни. Из драгоценных больше всего ценились рубины, из полудрагоценных – ониксы.

– Значит, теперь рубины и ониксы – это местный аналог наших рублей и копеек? – догадался Илья.

– Не совсем так. Рубин ценится значительно дороже, чем рубль, оникс – больше, чем копейка. Лучше провести аналогию рубиновой единицы, скажем, с сотней евро, а оникса – с сотней рублей. Здесь есть и более мелкие денежные единицы. Они так и называются – мелочь. Илль. Черные монетки. Когда-то их роль выполняли осколки обсидиана. Еще здесь в ходу магические драгоценные камни – они являются вместилищами самостоятельно аккумулированной магической энергии, используются для создания инструментов и новых источников.

Но, как понимаешь, они-то как раз ценятся сами по себе, а не в качестве своего безналичного эквивалента.

– Да, понимаю, – он вертел в пальцах карточку. – Хренассе, у меня, оказывается, деньжат!..

– Да. На случай, если я что-то забыл, купишь себе сам. Стипендию мы тебе будем начислять сюда же… Кстати, советую взять отбивную. Или ребрышки с капустой, их тут очень вкусно готовят. Если хочешь, можешь попробовать какой-нибудь суп. Они тут очень своеобразные, непривычные на наш русский вкус, но надо ж когда-то привыкать…

Пока они обедали, на улице стемнело.

Выглянув наружу, юноша даже слегка забеспокоился – небо было залито багряным зловещим светом, редкие куцые облачка казались сполохами темноватого пламени, которое едва заметно дрожало и переливалось. Можно было подумать, будто в небе разгорелся пожар, который даже Богу не под силу затушить.

– Это зарево, что ли?

– Это? Нет, здесь такие закаты.