Злое наследие

Она умерла, когда мне было двенадцать, ну о чём серьёзном мы могли говорить? Вспоминаю только одно: я рассказал ей о странностях, которые со мной происходят, ещё в самом начале. Когда увидел первые сны. Мама вздохнула и сказала: значит, таково было решение отца. Он, мол, говорил, что пристроит сына к делу, в котором тот сможет преуспеть. И больше ничего не добавила.

– Но он ведь тебя признал. Ты говорил, что он тебя признал! Это правда?

– Да правда, правда. Отец сказал об этом матери и князю Беотрайда, и оставил для меня своё кольцо.

Упомянул, что этого достаточно для признания.

– Кольцо? А можешь показать?

– Сейчас-то? Да не дури. Даже если я его сейчас выну, ты просто не увидишь. Темно ж, ночь! Спи давай!

– Потом-то покажешь?

– Покажу.

– Эх… Хоть одним глазком взгляну на вещь, которую сам король держал в руках! И это правда, что такого наследства достаточно для признания? Государь ведь не забрал тебя с собой, в Лучезарный. Тут оставил.

– Достаточно. Отец меня признал. И спасибо, что не забрал туда.

 – Роннар лениво ткнул пальцем в сторону крыши, но даже сам этого не увидел, что уж говорить об Аригисе. – Попробуй только представить, как бы там относились ко мне, сыну простолюдинки из Опорного мира. Здесь я свой, а там был бы чужим, и это могло бы мне всю жизнь отравить. Можешь представить меня в королевском семействе? Как бы я там смотрелся?

– Хм. Ну да. Только там ты бы жил безопасно и спокойно.

– Не скажи. Они б от меня избавились, так или иначе, конечно, сразу после смерти отца.

Или раньше.

– Да это-то понятно. Ты прав, конечно. Прав. – В ароматной травяной темноте снова прозвучал сочный, смачный зевок. – Но, боюсь, в Иомане нам придётся несладко.

– Ничего. Мы привычные. Всякое видели.

– Это-то да. Но куда ты думаешь направиться первым делом? К какому-нибудь из фортов?

– Не-е. За форт надо будет браться тогда, когда у нас уже появится хотя бы небольшой отряд. А до того и смысла нет.

– А где ты думаешь взять отряд?

Посмотрим. – Теперь уже зевнул Роннар.

И спать хочется, и поговорить тоже, тем более, что на рассвете сержант не начнёт орать, а значит, подняться можно будет позже, чем привычно – вот ещё одно преимущество того, что их невежливо уложили ночевать на сеновале, а не в доме. – Сперва мы с тобой поищем какой-нибудь многолюдный хутор или деревеньку. Если мужики решили остаться в Иомане, откуда ушли даже княжеские солдаты, значит, они готовы защищать свои поля. Значит, возьмутся за оружие.