Крайний Край

При этом делал это так, что если бы даже на землю прилетели представители Галактической Федерации с заданием в них разобраться, рано или поздно, обессиленные, они б зашли в его кабинет и сказали – сдаемся

Даже сейчас, находясь здесь, на краю света, мозг Макса, так звали Строителя, высчитал количество квадратных метров в юрте и предложил ему несколько вариантов заработать.

Многие сильные мира сего почли бы за честь участвовать в решении любой его проблемы, но вопрос, с которым Строитель приехал сюда, мог решить только этот старик с телефоном Сиоми.

Когда шаман отложил в сторону ярко-зеленое чудо китайской техники, зажег трубку и принялся раскачиваться взад-вперед, Строитель решил нарушить молчание.

– Я че приехал… спать не могу. Два месяца таблетки глотаю, от них голова болит, а мне работать надо.

– Я не могу научить тебя спать, – ответил старик, – я сам не знаю, как у меня получается, просто ложусь и сплю.

Строитель ухмыльнулся.

– Мож, вы барана зарежете? Мне сказали, что вы так людей у злых сил выкупаете.

– У нас тут столько баранов нет, чтобы тебя у тебя выкупить, – без какой-либо эмоции произнес шаман.

Мозг Строителя просчитал – ситуация нестандартная, и чтобы укатать Турана Мнихеевича, так звали шамана, предложил очень редкий для своего хозяина вариант – давить на жалость.

– Я к тебе два дня летел, старый, помоги, в долгу не останусь, – начал качать Строитель. Он говорил долго и много, но настоящий шаман не слушает, что говорит язык человека, он слушает, о чем кричит его сердце.

– Не болтай, – тихо сказал старик, – ты не в офисе, ты у подножия святой горы. Здесь ты разговариваешь не со мной, а с духом Крайнего Края. Ты никогда не любил себя, ты любил деньги. Когда они у тебя появились, ты начал любить себя, и эта любовь за деньги стала смыслом твоей жизни. Поэтому ты здесь.

В воздухе повисла пауза. Шаман сверлил отморозившегося Строителя своим взглядом, но это не был наезд.

Это было похоже на то, когда в Склифосовского привозят пациента в состоянии клинической смерти, и хирург, видя всю серьезность ситуации, не здороваясь, не представляясь, не рассказывая о методе лечения и не дожидаясь, когда подействует наркоз, берет в руки скальпель и делает свое дело.

Старик протянул гостю деревянную пиалу с жидкостью коричнево-желтого цвета.

– Пей. Это молоко красной коровы. Когда ты это выпьешь, ты заснешь.