Конкурент. Сокрушить нельзя любить

Вот как теперь смотреть в глаза всем этим людям, которые столько времени и сил потратили на разработку графена? Заряженные идеей, воодушевленные, многие перерабатывали, жертвовали временем, которое могли бы провести с семьей, детьми. Сколько раз Софья сама приезжала домой заполночь. По факту, теперь придется сказать им, что все было впустую, производить линзу все равно не сможем. Мысленно застонав, уронила голову в ладони.

– Софья Андреевна, – голос Леры из интеркома заставил ее выпрямиться. – Евгений Анатольевич просит вас зайти к нему в кабинет.

Па-бам. Чего и следовало ожидать. Теперь ещё и карьера покатится по наклонной "благодаря" Чернову. Генеральный директор "Хвоста кометы" нечасто заезжал в офис, поскольку был уже в достаточно преклонном возрасте. Интенсивный рабочий график его утомлял, потому Евгений Анатольевич несколько лет назад и взял на работу исполнительного директора. Теперь операционкой занималась Софья, а директор мог позволить себе только интервальные включения.

– Софья Андреевна?

– Спасибо, Лера.

Оглядев кабинет, задержала взгляд на фотографии с выставки инновационной оптики в Гонконге. Улыбнулась, вспомнив, как они с Петром чуть не опоздали на презентацию, заблудившись, и в результате выползли в элитный бизнес-район, пройдя через метро и подземный торговый центр. После выставки несколько крупных инвесторов пригласили их на ужин.

Взяв папку, Софья вышла из кабинета. В высоких декоративных вазах холла отражался солнечный свет, щедро льющийся из открытых окон.

– Доброе утро, – сказала, открыв дверь генерального директора. – Можно?

– Да-да, Софья, проходи.

Евгений Анатольевич сидел за широким рабочим столом и улыбался, что само по себе было странным, а в такой день вообще казалось предзнаменованием беды.

– Садись, пожалуйста, – начальник указал Софье на кресло.

Евгений Анатольевич предпочитал обращаться к ней в странной манере, больше подходящей дедушке, нежели начальнику.

Положила на стол папку, села:

– Вы просили зайти, Евгений Анатольевич.

– Да! – торжественно начал он. – Ты, наверное, даже предположить не можешь, зачем.

Софья подумала про графен, Чернова и треклятые фото в Интернете. За любое ее можно было уволить. Евгений Анатольевич в принципе не выносил конкурентов, но от владельца "Лекто" его начинало трясти, и Софья всерьез беспокоилась о здоровье руководителя. Все же года немалые.

Решила не юлить и говорить прямо:

– Почему же, у меня есть подозрения.