Настоящий оборотень. Одинок ли путник в краю далеком

Кровососы брали лоскуты и растекались, для первого броска, с легкого посыла их главы. Следом и огласившего первый бой:

– Третий против четвертого! – заметив, как выдвинулись номера и намечается маленькое побоище, патриарх запричитал, – что-то я забыл, а что? Ах, да разделить всех по категориям и группам. Ох уж мне эти новые правила. Ну, что уж теперь, давайте так.

Стоило ему закончить, как началось месиво. Поляна зашевелилась, встав дыбом и замерев, до первого крика, не ведомо как затесавшегося в бойню арбалетчика, которого просто разорвали.

Конечно, он был не один. Но те, кто управлял метательными ножами или кортиками, не рисковали выпустить оружие из рук. Однако и это им на долго не помогло, последнего на излёте или бегстве от вампиров попроворнее, перерубили двуручником буквально на двое. Он или они, кстати, следующими и стали. Никто не хотел, подобной участи для себя, и крепышей, стая брала измором, без лишних препирательств и слов объединившись в одно целое, против обладателей грозного оружия. И не прошло и двух минут, как были перерублены пару тушек, а гигантов к концу, буквально метавшихся в ярости, повалили скопом и растерзали. А за тем началась игра в салки, догнать и порубить, где зачастую выигрывали представители одного или смежного клана, а может и в звериной манере объединившись, подлавливая и истребляя противников. Одна из таких, пар и победила, наголо разбив вставшую против них тройку, если не считать, конечно, серьёзных ран и едва ли переставляемых ног. Не обошлось и без, драмы. Стоило бою окончиться, как один из друзей тюкнул другого по голове, но добивать не стал. А подняв над ареной, меч дождался оглашения, первого победителя, вышедшего в следующий круг. А там, конечно, патриарх в очередной раз, взялся и за кубики. Даже не знаю, они, все случившееся на арене или громоздкий наряд, брал своё, но давненько меня не кидало в жар. Но страха не было, скорее принятие неизбежного, после пары тройки, а то и четверки, свернутых голов и это из тех, кто постарался сдаться. И все это вылилось в понимание неизбежного. Ещё как бы не было страха в груди, видимо ещё не дошёл и чувствовалось безразличие или быстрое отупение. Но кости, прокатившиеся по чашке, я слышал, более того не только общий звон, а каждый перестук о дерево. В туже секунду и оглашённый:

– Вторые, против пятых! Ну, а остальное, вы знаете.

Стоило только прокричать, как началось все по новой, но по-другому.