Наряд. Книга III. Точка кипения

 – Итак, может быть вы и всех нас, как и моего начальника штаба и моих офицеров, закуёте в кандалы и бросите в ваши темницы? Просто так, попоститься и развеяться, месяца на три?

Последние шаги он преодолел с трудом, чтобы не сорваться на бег. В своей жизни я никогда не встречал человека, который бы больше пёкся о том, как он выглядит. Казалось, лидер Южного креста продумывает и репетирует своё каждое движение, каждый жест. Естественно, если это, конечно, так и было, а не являлось врождённым талантом, этот труд не прошёл бесследно: одна его легендарная походка, напоминающая грациозные движения рыси, чего стоила.

– Ну же, не волнуйтесь, Александр Владимирович! – с этими словами из людей Радужа вперёд выступил старец. – Конечно же, вышла ошибка. Наши люди проявили излишнее рвение.

По его внешнему виду, осанке и взгляду, отношению к нему других я сделал вывод, что он здесь или самый главный, или в числе самых первых лиц города.

На нём была чёрная ряса, но опоясан он был простой верёвкой. Он был худ, с живым лицом, на котором за стёклами очков мерцали добрые карие глаза. Его шевелюра переходила в бороду, обрамляя всю его голову роскошной белоснежной гривой.

– Не стоит так всё драматизировать! – заявил ещё один батюшка.

Он был тоже в очках, почему-то круглых, коротко пострижен, в поддержку своих слов бурно жестикулировал и картавил. Впрочем, это ему шло.

– Наши люди, – продолжил батюшка в круглых очках, – просто встретили ваших людей и проводили, чтобы с ними ничего не случилось, к нам.

Зная, что вы у нас. Вот и всё, Александр Владимирович! – он сделал жест рукой, после чего таинственные незнакомцы, совсем недавно безжалостно конвоировавшие нас связанных, принялись с извинениями развязывать нам путы.

– Полноте, Иван Иванович! – резко ответил ему командир 13-го окончания подземных коммуникаций сопротивления.

 – Приберегите вашу пышную риторику для своих проповедей!

– Слава Господу Богу, не зря мы молились ему, ты жива! – обнял девочку батюшка, первым ответивший командору. – Как ты, Машенька?

– Всё хорошо, Юрий Юлианович, спасибо. Вы не будете возражать, если я с вашего разрешения займусь размещением и обустройством гостей?

– Конечно, дитя моё. Только не забудь рассказать о своём возвращении Константину Евгеньевичу.