Чужак: Боец демона-императора. Тропа смерти. Сквозь бездну (сборник)

Окрестности становились все более непритязательными, тротуары – грязными, женщины – менее нарядными, корзинки – более скромными. Здесь постоялых дворов было меньше, да и выглядели они убого – я уже успел привыкнуть к совсем другому уровню.

Собственно, то, что и нужно.

Да, когда-то надо решаться. С сомнением покосившись на приземистую дверь очередной лавчонки, где, похоже, торговали тканями, я закинул сумку подальше за спину. И шагнул через порог.

– Эй, хозяин, нет ли работы?

Внутри слабо мерцал магический светильник – каменное круглое основание и шарик света.

На прилавке огромными сардельками лежали материи всех оттенков серого и бурого, шкаф был забит ими же, хрупкая, бледная до зелени девчонка с лицом, наполовину укутанным кисеей, осматривала размотанную полосу ткани, видимо, искала брак. Мужик, обернувшийся на мой вопрос, пересчитывал товар. Рассматривая меня, он прищурился, и стало ясно – чем-то я не удовлетворял его представлению о разнорабочем, которого можно было бы успешно нанять.

– Что за работу ты хочешь получить? – спросил он меня с подозрением. – Мне охранник ни к чему.

– Я готов взяться за любую другую работу. Тюки таскать, к примеру.

Недоуменный, подозревающий взгляд.

– Ты пьешь? Или нюхаешь?

– Нет.

– И хочешь меня убедить, что представитель цеха воинов будет мне тяжести таскать? – Хозяин магазинчика почти кричал. – Выметайся, пока я окружного мага не позвал! Происки конкурентов мне тут не нужны! Выметайся. – И стал теснить меня, пытаясь собою же заслонить шкафы и прилавок.

Он вряд ли по-настоящему умел драться, но ярость его была настолько велика, что я поспешил отступить. В такой ярости и ребенок может воткнуть что-нибудь острое в хорошего бойца. Ни к чему доводить человека до полного отчаяния.

Отступив на улицу, я с недоумением оглядел себя. Как мужик сумел определить во мне бывшего гладиатора? Я ведь не надевал браслетов, полученных от императора. Похоже я одет каким-то неподходящим образом. Не в те цвета? На мне была та одежда, которую я носил, когда жил в замке правителя.

Логично, если здесь людей дифференцируют по одежде или, скажем, цвету штанов, то на меня будут смотреть с подозрением в любой захудалой лавчонке.

И что мне делать?

Может, если признаюсь в какой-нибудь пагубной привычке, реакция будет более положительной и понимающей? С другой стороны, с местных станется взять меня в подобном случае на работу при самых невыгодных для меня условиях. Например, за кров и еду.