Чужак: Боец демона-императора. Тропа смерти. Сквозь бездну (сборник)

В зале оказалось не так много посетителей, как можно было ожидать, видимо, большинство гуляло в свое удовольствие. Возможно, поэтому рядом со мной материализовался здешний работник с огромным подносом всевозможного угощения, которое я еще даже не успел заказывать.

– За счет заведения многоуважаемому императорскому гладиатору. – И расставил на столе тарелки и миски. – Угодно вина, пива, медового, шиповникового, можжевелового напитка? – Далее он скороговоркой назвал еще с десяток местных напитков.

– Пива.

И горячего. Я устал.

– Понимаю. – На меня посмотрели с еще большим интересом и тут же приволокли огромную деревянную кружку с великолепной пенной шапкой. – Угодно ли пересесть вот сюда, к окну? Шествие начинается.

– Что за шествие? – Теперь, когда я уже втянул в себя первые глотки благословенного напитка, можно было и поболтать, если уж придется, и на вопросы поотвечать.

– Шествие ликов. Господин не здешний? Должно быть, у господина на родине не приняты карнавалы.

– Карнавалы бывают.

Самые разные. И в виде шествий тоже. – Я припомнил кадры с бразильских карнавалов, представил себе тех художественно раздетых женщин на здешних улицах и усмехнулся. Впрочем, может, они б и поняли, ведь танцовщицы у них тоже одеваются… облегченно.

– Вот. Любой праздник – это шалость, право и возможность одеться не так, как принято, разукраситься сверх того, что позволено, спрятать свое лицо и показаться не тем, кто ты есть. Храм это поощряет, чтоб люди не забывали, как зыбко их положение и как надо ценить то, что у тебя есть.

– Да-да, я понял.

– В шествии иной раз принимают участие даже знатные дамы – те из них, кому не запретят старшие родственники. Впрочем, их лиц никто не видит, и иной раз они идут на такие вольности, так вызывающе одеваются, что если б кто из их круга узнал, женихов у дам бы по убавилось. Но таких причудливых костюмов не увидишь в обычной жизни. И очень много танцовщиц. О, вот они! – И махнул в распахнутое широкое окно, через которое можно было созерцать едва ли не всю улицу.

Я не то чтобы ожидал увидеть целый табун полуобнаженных леди, но был несколько разочарован, обнаружив, что откровенные по местным меркам наряды не слишком-то откровенны. То одна, то другая женщина из толпы показывала ножку из разреза, да, может быть, слишком глубокое декольте, но что в этом особенного? Лица каждой были скрыты либо кружевными густыми вуалями, либо перьями, свисающими с головных уборов.