Чужак: Боец демона-императора. Тропа смерти. Сквозь бездну (сборник)

Появившийся в дворике Исмал – хмурый, но спокойный – дал мне знак идти прочь, освободить место для следующей пары. Удивил меня и Аршум – он улыбался и ободряюще кивал мне.

– Ну что ж… – Хунайд поймал меня за локоть и оттащил в сторонку, под арку. Прочь с высочайших глаз. – Иди к себе, собери те свои вещи, которые действительно принадлежат тебе, те деньги, которые тебе давали, и можешь быть свободен.

– В каком смысле? – опешил я.

– В прямом. Император отпускает тебя. Плащ с аграфом ты забрать не имеешь права, но можешь взять ленты и браслеты, которые тебе вручили в награду.

– Э-э… Я не понял – меня что, выгоняют?

– Вроде того. Но ты ведь хотел этого, не так ли?

– Я хотел не этого. Верните меня на родину, и будем считать, что мы квиты.

– Тебе уже объясняли, что это невозможно. Но ты ведь хотел свободы, я прав? Вот она тебе, твоя свобода, иди и делай что хочешь. Можешь биться, а можешь заниматься чем-то еще – теперь только тебе решать. Но имей в виду, что бойца, выступавшего перед императором, возьмет к себе любой стадион и любая школа.

– Знаете что, в гробу я видал ваши игры, – со злобой ответил я, совершенно не стремясь сдерживаться. Вспышка ярости, накрывшая меня, как цунами накрывает порт, была такой неодолимой и мощной, что сопротивляться было немыслимо. В порыве подобной одержимости запросто совершают убийства. – Вместе со всеми вами.

Помощник мастера не стал бить в челюсть, он просто усмехнулся мне в лицо, и это, пожалуй, задело сильнее.

– Как тебе угодно. Иди с ним, – приказал он одному из слуг. – И помоги потом найти выход из замка. Маг заглянет к тебе, чтоб снять надзор.

Если я и ожидал чего-либо, то уж никак не подобного, и потому сперва у меня не было даже простого понимания, что же, в конце концов, происходит? Буксовало воображение, что уж говорить о детальном анализе происходящего и будущего. В комнате, которую занимал уже достаточно продолжительное время, чтоб привыкнуть считать ее своей, я под бдительным присмотром сопровождающего вытащил свою старую одежду, увязанные в носовой платок деньги, те самые браслеты и ленты.

Но слуга следил так бдительно, чтоб я не упер чего лишнего, что не взбеситься тут было сложно. В старый потертый рюкзак со всеми теми вещами, которые были при мне еще при захвате, я теперь покидал все то, что мог счесть своим.