Настоящий оборотень

Где никто не спросит в конце, а что дальше было? Ведь не всем нужна реальность, в виде дружин благородных, вырезавших всех сбежавших рабов и невольников, сбившихся в группу, в назидание прочим. Что отягощается и местными магами, за деньги – будучи готовыми выжечь последние из крох надежды и возможности выжить. Выдохнув, понимая, что я далеко не всесильный, дабы защитить люд, и имеющихся у меня денег, на выкуп для всех не хватит. Так что лучше из возможного, это одна из рабынь или невольников, будет у меня и в относительном порядке.

Чем её продадут каким-нибудь тварям, не считающих невольников за людей. Немного покопался в своих мыслях, усмехнулся, слыша, как разум мастерски выгородил мою натуру, выставляя меня в положительном свете. Сплюнул с досадой, решил не копаться в самом себе. Продолжая осматривать рынок и его товар, не отличавшийся особой разновидностью. Хотя и были, чернокожие, мулатки и представительницы кочевых племён. Но их было мало, и присутствовали они, исключительно, чтобы разнообразить товар, составлявший в основе европейский вид. Бродя меж шатров, заметил и обособленно стоявший в отдалении. Народу до него доходило мало, а те – кто стоял, были, скажем так, "не самой приятной наружности". Обдумывая, свои ощущения, уделил минутку и отторжению к стоящим людям, о которых не скажешь, что они плохо выглядят, даже наоборот. Но вот в лицах у них, просматривалась жестокость. Подходя же к шатру, ощутил, что воздух прямо-таки наполнен, предвкушением, страхом и адреналином безнаказанности. А зайдя за укрывавшее – от посторонних, полотно, окаменел в свете представшего действия. Здесь также продавались невольники. Хотя нет – здесь продавались рабы. Не знаю, чем не угодили три девушки, или может торговец, так заманивал народ. Ходя меж клетками, он стегал плеткой, скованных в них невольниц. Переходя от одной к другой по очереди. Казалось, что он насыщался их страхом и отчаянием, упиваясь своим всевластием. Привлекая к своему шатру таких же нелюдей и, они стремились к тому же. Не стерпев, кто-то выбрал рабыню из основной массы, отвлекая владельца. Что на прощанье стеганул последнюю из невольниц, заставив её упасть без сознания, повиснув на цепях. И та девушка стала последней каплей из постаравшихся сточить мою человечность. Направившись к торговцу, кое-как скидывая оковы оцепенения, – услышал голос от одной из клеток:

– Помоги, брат.

Оглянувшись, опомнился под её умоляющий взгляд.