Осознание

                                                                                            – Молодец, сделаешь, как я сказал, твой сын вернется, все расскажет сам, а теперь перенеси свою жену на другую лавку, где твоя дочь и сиди сам там, – сказав старик, стал поливать отваром, что сделал, себя, потом Алексея и Ивана. Он поливал отваром, что-то приговаривая, продолжалось это несколько секунд, Сергей отвлекся на огонь в печки, который вдруг погас, обернулся посмотреть на старика, а тот застыл лежа на лавки в изголовье Алексея.

Наступила тишина, на одной стороне лавок лежали Старик, Алексей и Иван, на другой стороне на лавочки Галина, Светлана и сидевший, обдумывающий, все же что произошло, Сергей. Старик лежал, скрестив руки, вот вроде бегал и брызгал водой и что-то про себя бурчал, только улыбка во весь рот и седые растрепанные волосы, давали надежду на что-то доброе и хорошее. Воцарилась тишина, слышно дыхание Галины и Светланы, лежавшие на лавочки, где сидел и нечего не понимал, Сергей. Не отрывая взгляда от старика, Сергей привстал с лавки и не разгибая спины и ног подошел к старику и стал водить рукою возле лица старика, но не какой реакции не последовала. Тогда Сергей начал его трогать руками, сначала голову потом руки и поднес ладонь к губам, где сразу убрал и тихонько произнес:                              – Дышит, наверное, спит. Удивился Сергей и наклонился к Алексею и Ивану, где убедился, что они тоже дышат. Все было в комнате тихо, даже керосиновая лампа горела убаюкивая. Сергей присел на пол возле старика и от усталости его веки становились тяжелые и стали закрываться глаза. Нет, нет, стал думать про себя Сергей, старик наказывал девять суток не открывать дверь, нужно встать и пойти к двери и сесть возле нее и некого не пускать на улицу. Сергей поднялся и подошел к двери, она показалось очень массивная, сделанная из цельных деревянных досок, возможно сбитых между собой в два или три ряда, не одного зазора или дырочки не было видно не в двери, не в касике на которую крепилась дверь. Закрыл ее на засов. Он присел в проеме двери и стал думать, как хорошо была дома на кроватки и была еда и тепло и дети рядом, что-то кричали жена, вечна недовольная, как это прекрасно. Нет, нет. Я не буду спать, старик сказал двери не кому не открывать, но веки становились тяжелые и Сергей закрыл глаза, уснул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.