Гелеон. Космический Оазис

Оказалось, что все они были четко спланированы и корректировались в зависимости от различных факторов, которые ей на тот момент даже не были известны. Зато сейчас она прекрасно понимала их смысл по сопровождающим заметкам с подробными пояснениями о принятых решениях. Одновременно с получением новой для себя информации девушка невольно погружалась и в воспоминания о том, как работала в отделе изучения стазиса для синдиката «Семья», в котором состояла и официально из которого так и не вышла.

Ева быстро просматривала содержимое в папке с изображением непенфа, буквально проживая весь свой путь в проекте «Стазис» от начала и до конца, с той лишь разницей, что ее роль в нем закончилась немного раньше, нежели описываемое в файлах.

Судя по прочитанному, именно из-за теракта этим планам так и не суждено было сбыться.

«Оказывается, главный лоббист проекта в совете – это Джон, именно он настоял на повторных испытаниях и последующем возобновлении проекта. А судя по методам убеждения и именам исполнителей, он еще и координирует синдикат», – разочарованно сделала вывод Ева из прочитанного.

Ей было тяжело поверить даже не в то, что Джон, вполне возможно, был ее тайным покровителем все это время, на это ей по большому счету было плевать, ведь она давно разочаровалась в «Семье», но вот с чем ее эго не желало мириться, так это с тем, что все ее личные успехи были всего лишь хорошо продуманной стратегией и принадлежали кому-то другому. «Черт! Даже идея вернуть меня в стены комплекса после реабилитации – это его заслуга».

Еще из документов девушка узнала, кто был виновником того, что ее пытались задержать за продажу непенфа. Этим человеком оказалась ее личная помощница Сара Мэй, которая не только собирала компрометирующую документацию, но и даже сделала видеозаписи, где Ева выносит из лаборатории кейсы с ампулами.

«Вот тварь! – подумала Ева. – Она спрятала камеры, серьезно?! Черт, я должна была это предвидеть!»

Этого же мнения придерживался и Джон, о чем красноречиво высказался в комментариях, списав промах Евы на ее ухудшающееся после взрыва состояние здоровья.

Причиной же такого поведения со стороны Сары он и вовсе посчитал ревность к младшему сотруднику Саймону Беккеру, что показалось Еве откровенной глупостью. Но внимательно изучив сделанные им записи, действительно можно было подумать, что парень был влюблен в Еву.

«Это что получается, всему виной долбаный любовный треугольник?» – удивилась прочитанному Ева.