Хроники Вторжения

Сеня начал нагло:

– Але? Ну, я, – а дальше голос его сполз в трясину недоумения. – Понял… Понял… Да… Понял. Ага, до свидания…

Сеня растерянно взялся за бутылку. В глубокой задумчивости разлил остаток водки по стаканам.

– Дела, мужики, – поднял свой стакан и как-то слишком уж задумчиво выцедил.

– Да не томи, Сеня, – не выдержал я. – Что там у тебя?

– От Осинского звонили.

– Как от Осинского?! – спросили мы с Эдиком в один голос.

– Осинский распорядился подарить мне лептоп. Какой-то новейший, с речевым вводом.

Во, блин, дела!

Сеня в третий раз полез в ящик стола за бутылкой.

– Открывайте, мужики. Разобраться надо – пропал Осинский, или скрывается, нашими душами интересуется? Надо же, кредитную карточку предоставил, в Стройинвестбанке счет открыл на двадцать тысяч долларов. Я что-то не въезжаю…

– А может, это шутка? – спросил я и тут же почувствовал – нет, не шутка.

– Большой человек ты, Сеня, теперь, – съязвил Эдик. – Покойники тобой интересуются.

Сеня вдруг выкатил глаза и страшным шепотом произнес:

– Я знаю! Этот мобильник они нарочно подложили, чтобы связь оттуда со мной поддерживать.

– Ага, точно, с того света, – поддержал его Эдик.

– Нет, не с того света, а с этого. С Марса! С Марса этот звоночек был.

Да, не подозревал я в Сене способностей к подобным всплескам фантазии. По мобильному телефону – с другой планеты! Я конечно никому не поверил – ни Сене, ни Эдику. У меня уже где-то подспудно рождался верный ответ. Но покамест он маячил неотчетливо.

Мобильник зазвонил вновь. Сеня посмотрел на него, и предложил мне:

– На, поговори. Меня нет дома. Мусор выношу.

– Да? – я на всякий случай взял деловой тон. – Нет, Татарчук сейчас подойдет. Может, что ему надо передать? Понял… Это же здо?рово. А скажите, барышня, а там случаем Колокольникова в планах нет? Есть?

Тут выпал и я. Дыхание сперло. Я отвел мобильник в сторону и пару раз глубоко вздохнул.

– Понимаете, я и есть писатель Колокольников. Да, сейчас продиктую. Собственно, название короткое – «Вторжение».

Новый роман. На конец осени? Очень хорошо, не возражаю. Примерный объем? Думаю, двенадцать авторских. А какой намечается тираж? Сколько? Пятьдесят?.. А вот и Татарчук подошел. Передаю трубку.

Я ткнул Сене телефон. Тот уже сориентировался и начал вальяжничать:

– Татарчук слушает. Да, рыбонька. Ну что ж, давно пора было. Понял. Оч-чень хорошо. И переиздание? Не возражаю. В какую серию пойдет? Нет, это меня не устраивает.