Месть. Все включено

 – Ниндзя, блин?

Юрик пожал плечами.

– Ладно, будем настороже.

* * *

В двадцати метрах от них, стоя за высоким забором, подозрительный незнакомец, которого Протасов посчитал бомжом, сунул руку в карман. Затрещала милицейская рация, подавилась статикой, которой был насыщен воздух.

– Товарищ полковник? Это они. Джип «Ровер», в салоне трое отморозков. Как поняли, прием?

– Понял отлично, Володя, – долетел искаженный помехами голос Сергея Украинского. – Клюнули, значит. Ну, хорошо. Сейчас обеспечим прием.

По полной, б-дь, программе, значит.

Майор Торба, выключив рацию, осторожно выглянул из калитки. Джип был уже далеко. Виднелась только крыша внедорожника, раскачивавшаяся то вверх, то вниз, словно у катера на волнах. Торба потер руки, суставы хрустнули. Задрав воротник, майор зашагал вдоль забора.

* * *

Они снова двинулись вперед, теперь разговор совсем не клеился. Салон наполнился урчанием мотора – Валерий опустил стекло.

Цветочных улиц оказалось целых двенадцать.

Потом по пути попалось мелкое, а потому промерзшее до дна болотце. Дорога огибала его через поле, Андрей поехал напрямик. Раздался хруст, который, казалось, разнесся на всю округу.

– Потише, брат, – сказал Протасов. – Нам шум без надобности.

– Если твой бомж-бруевич на самом деле мусор, нас уже ждут, – откликнулся Юрик. Валерий смачно выругался. Бандура не проронил ни звука.

Дом с мезонином и перекрытой красной черепицей крышей, в точности соответствовавший описанию Атасова, троица заметила одновременно.

Андрей затаил дыхание.

– Вспомни говно, вот и оно, – сказал Протасов, а потом в замешательстве покосился на Андрея. – Извини, брат. Я не то, блин, хотел сказать…

Андрей свернул в первую попавшуюся улицу. Они остановились у латаного перелатаного заборчика из сетки-рабицы, увитого то ли плющом, то ли еще каким-то ползучим растением.

– Не понял? – сказал Протасов.

– А ты что, хотел, чтобы я прямо к воротам подъехал?

– А… – протянул Валерий.

 – Теперь усек.

– Ну, слава Богу.

Приятели выбрались на свежий воздух. Вокруг было тихо. Студеный ветер пронизывал насквозь. Как ни странно, по дороге никому из них даже на ум не пришло набросать хотя бы приблизительный план действий. Хотя, время было.

– Слышь, Планшетов, давай-ка обратно, – бросил Протасов, поеживаясь и подымая воротник. – Садись за баранку и жди сигнала. И движок не глуши. Хрен его знает, чем дело обернется.