Остров попаданок. Мы выбираем, мир выбирает

Большие золотистые зерна миндаля, грецкие орехи, похожие на мозг, соленые зерна поджаренных фисташек… Дольки сушеных яблок и груш, крупные, ровненькие, блестящие финики, прозрачные ломтики папайи и ананаса…

Чайник источал на все помещение запах черного чая с малиной и земляникой. Желудок моментально сообщил духовке, насколько ему изобилие нравится, опередив хозяйку на несколько секунд.

– Спасибо. Завтрак выше всяких похвал! – я посмотрела на кнопки конфорок. Ну а где искать глаза у духовки? Кухонная приятельница привычно уже хмыкнула и почти официально представилась:

– Зови Василисой! Имя дал мне создатель.

Духовки, которые мыслят, говорят и сами готовят по мере необходимости, в нашем мире выпускались штучно, эксклюзивно. И только под заказ иномирных магов. И каждой давалось собственное имя.

– Алеся, – представилась я, устраиваясь. Налила чай и откусила бутерброд с икрой.

– Это которая как птица в поднебесье? – продемонстрировала знание советской эстрады духовка. Да она настоящий полиглот, оказывается!

– Да нет, у той имя с буквы «О» начинается, – поправила я, проглотив кусок.

– «О», «А», какая принципиальная разница? – духовка прокашлялась и запела… голосом солиста белорусской группы «Сябры».

Я даже жевать ненадолго перестала. Духовка немедленно прервалась, уточнила:

– Что, непохоже? Вроде все правильно… Тембр, чистота голоса, опять же – интонации…

Я только помотала головой, улыбнулась. Техника умильно хмыкнула, прокашлялась и продолжила концерт без заявок радиослушателей.

Под фантастическое пение духовки – а репертуар у нее оказался широчайший: вся земная эстрада, российская и зарубежная – я с удовольствием отдала должное завтраку. Не знаю уж, какие специи добавил Оталл, но омлет просто таял на языке, оставляя чудесное пряное послевкусие. Про булочки уже и упоминать нечего.

Но не успела я разнежиться, полакомиться, как в голове словно раздался щелчок. Духовка ойкнула, пожелала удачи и… я очутилась в старинном замке.

Что ж… Придется отложить шабаш с попаданками… Возможно, лет на триста, тут уж как повезет.

Вдруг здесь моя судьба, жених, новый дом?

Интерьер впечатлял масштабами и убранством.

Потолки метров двадцать, а может и выше, зал такой, что эхо можно слушать часами. Только вот выглядело помещение мрачновато. Каменные стены, цвета горького шоколада, испещренные извилистыми белесыми прожилками. Алые люстры – хрустальные капельки, собранные вместе в причудливые узоры.