Попаданки и повелители змей

Сталкивался с дезертирством и предательством в момент, когда войску больше всего требовались единство и мощь каждого солдата. Но никогда еще ничего так не бесило лейдере, как понимание, что Варгор пришел на встречу со Стеллой.

От жгучей ревности в груди буквально все закипело. Ярость ядом растекалась по венам.

А тут еще этот галдахре посмел напомнить, что с момента, когда Стелла приняла его покровительство, имеет право совать свой нос в личные дела мейры. Эманор понимал, что поступает глупо, нелепо и даже по-мальчишески.

Словно он не генерал армии нагов, которому перевалило, на минуточку, за две тысячи лет! А юнец, которому едва ли сто стукнуло. Но лейдере просто больше не владел собой. И ничего с этим поделать не мог.

Кулаки чесались. Все мысли устремились в одно русло. Убить, уничтожить врага! Порвать сетха на части!

Эманор дрался с Варгором так, словно тот лишил его семьи, уничтожил всех родственников… Впрочем, отчасти так оно и было. Варгор покушался на нари Эманора.

Его женщину, единственную и неповторимую. И ему вполне удалось запудрить этой наивной дурочке мозги.

А когда Стелла начала просить прекратить драку, наг потребовал от нее сказать правду. Лейдере знал, чувствовал, мог поклясться, что она плавилась в его объятиях, желала его поцелуев… Даже сегодня, во время их встречи. Эманор и сам едва сдержался. Вернее, остановился лишь потому, что им помешали. Губы так и покалывало, от желания снова попробовать на вкус ротик Стеллы сводило челюсти, все внутри горело огнем.

И она была такой… податливой, такой… Она хотела! Эманор не мог ошибаться.

Но Стелла упорно не желала этого признавать.

А Варгор этим пользовался. Требовал своего.

Галдахре! Он и во время войны всегда умел найти лазейку, использовать обманный хитрый прием. Он хорошо понимал психологию. Людей, нагов, любых рас. Поэтому был таким серьезным противником.

Мужчины не отпускали друг друга из захвата и требовали от Стеллы правды.

А мейра зябко обняла себя руками и выглядела так, словно ее пытали. На лице несчастное выражение, взгляд скользит по зевакам вокруг. И в нем отражаются: ужас, паника, стыд…

Нари боялась, что ее осудят. За то, что делал Эманор… И Варгор, естественно, тоже.

Она страшилась местной молвы. Хотя что такое молва в сравнении с истинными чувствами? Разве их нужно стесняться? Скрывать? Сдерживать?

Лейдере плохо понимал эту женщину в последнее время.