Замужняя для звездного адмирала

При всех, но только и исключительно для меня… И это выглядело куда более смелым, даже я бы сказала – отчасти безрассудным, нежели любые самые страстные публичные признания и красивые жесты.

Помню, Идлис был мастером подобного романтического позерства. Художником выпендрежа, я бы сказала. Разумеется, когда ухаживал за мной… Это был чистый перформанс, театр одного актера. Конфетно-букетный период превратился в бесконечное конфетти вычурных сюрпризов и слепяще-ярких поступков.

Идлис был скорее исполнен самолюбованием в этой ситуации, нежели искренними ко мне эмоциями.

…Сижу я однажды в офисе, пью чай после вызова… и вдруг… За окнами гремит музыка – моя любимая песня из старинного фильма «Тридцать первое июня».

«С тобою мы средь звезд и тьмы…

Друг друга в немыслимых далях нашли…»

В воздух взвиваются виртуальные звезды, Луна, шарики летят между ними. Звезды собираются в фразу «Хайдэнна, ты моя любовь! Я без тебя жить не могу!». Шарики слипаются во множество сердечек…

Горы цветов со всех концов Галактики – держись, иммунитет, скрипи зубами на пороге аллергии, тонны конфет – привет диабету, пока поджелудочная.

Ресторанные олинклюзив – здравья желаю, господин ожирение. Развлекательные парки аттракционов – главное не потерять зрение от пыли в глаза…

Идлис был мастером устроить шикарный досуг… Он мог заработать мне в тире кучу игрушек, стреляя из-под ноги, спиной к мишеням, положив лазерную пушку на плечо и упасть на одно колено с признаниями.

При всех. В эпицентре толпы. А вокруг нас с Идлисом всегда собиралась толпа.

Он мог в ресторане публично встать и поднять тост «За мою любимую женщину!» и велеть официантам раздать всем присутствующим бокалы с вином, дабы и те присоединились… Если кто-то не пьет: сок, травяной чай и все за счет моего будущего супруга.

Это было красиво…

Но как-то не так…

Знаете, иной раз идешь мимо витрины и видишь множество искусственных бриллиантов.

Они сверкают, они манят, они завораживают…

А потом заходишь в маленькую лавку антиквариата и видишь украшение с изысканным, благородным камнем. Он по глазам не бьет, но на свету сияет так, что глаз не оторвать.

И вот для меня эти неоновые гирлянды ухаживаний Идлиса не шли ни в какое сравнение с рубленными, короткими, немного сумбурными признаниями Эра, больше похожими на старинные жемчужины фонарей… Они не бликуют в глаза так, что больно.