У остывшей реки

В них было столько душевного тепла, доброты, понимания, что горячая волна пробежала по телу и он неожиданно сказал:

– Зинуль, давай жить вместе!

– Это как? – Она с недоуменной улыбкой взглянула на Николая.

– Ну, выходи за меня замуж… Распишемся, как положено… – несколько смущенно пробормотал Николай.

– На заборе что ли?! – Засмеялась девушка.

– Чего – «на заборе»? – не понял парень.

– Ну, распишемся!

– Да ладно тебе, Николай от волнения сгреб в ладонь снежный комок, прихлопнул его другой рукой и запустил в сидящего на кусту воробья.

Зина продолжала смотреть на Николая с притворной улыбкой.

– Это дело надо обдумать. С родителями посоветоваться. – И, помедлив немного, предложила: – Ну что, заканчиваем прогулку?..

А когда вышли на накатанную лыжню, ведущую в город, светящийся на другом берегу напомнила Николаю о недавнем предложении:

– Ну, так как насчет кафешки сегодня вечером?

– Ваше предложение, Зинаида Юрьевна, – шутливо сказал Силаев – с удовольствием принимается.

– Тогда в шесть в «Лукоморье»?

– Заметано!

Вечером в кафе под шампанское Зина согласилась выйти за Силаева.

По правде сказать, к женитьбе Николая подтолкнул и недавний разговор с директором завода. Тот пришел в цех в конце месяца лично проконтролировать, как выполняется спец заказ оборонного ведомства. Выслушав доклад молодого начальника цеха, разложившего по полочкам весь цикл производства, и побывав на некоторых участках, директор остался доволен: «изделие» будет сдано к назначенному сроку.

А когда Николай вышел проводить начальство, директор, остановившись и взяв Николая за руку выше локтя, сказал как-то тепло, по-отечески:

– Ты, вижу, парень толковый, надежный. Молодец! – И, чуть помедлив, спросил: – А почему не женишься?

Силаев пожал плечами, не зная, что ответить. А директор, продолжая правой рукой удерживать его за локоть, указательным пальцем другой руки легонько ткнул в Николаеву грудь:

– Мы хороший дом закладываем недалеко от завода, на Пролетарской, через год сдадим.

«Однушка» в нем тебе обеспечена. А вот женатому, да еще начцеха, могли бы насчет трехкомнатной посмотреть. – И, отпустив Николая, поднял палец кверху. – Подумай!..

И снова улыбнулся – открыто, душевно, по-доброму.

Директор слово сдержал.