Любовь до гроба

Расставаясь, приятели обменялись номерами телефонов и договорились надолго не пропадать, чаще созваниваться, при необходимости помогать друг другу в житейских проблемах.

Через полгода предстояли выборы депутатов областного Законодательного Собрания. Андрей решил в них участвовать, благо кое-какой опыт ведения избирательных кампаний приобрёл. Вместе со своим штабом подобрал округ, где мог бы оказать реальную помощь жителям, нашёл спонсора, готового поддержать его инициативы финансово, составил график встреч с избирателями.

Главным соперником Недогонова оказался председатель общественной организации «ЖКХ-контроль» Савельев. Но команда Андрея надеялась на успех: их спонсор пообещал построить в микрорайоне современную модульную газовую котельную вместо старой, работающей на мазуте. Жители многоквартирных домов, многие годы страдающие от недостатка тепла в квартирах, горячо поддержали это предложение.

Всё шло нормально. Штаб Андрея, наученный горьким опытом, тщательно оформил подписные листы, сам кандидат заручился поддержкой муниципальных депутатов, чтобы пройти так называемый муниципальный фильтр, и вскоре был зарегистрирован избирательной комиссией.

Андрей стал готовить проект новой котельной, подал заявку в горадминистрацию на выделение участка под застройку. И вдруг за неделю до окончания приёма документов появился ещё один претендент на депутатский мандат – сын заместителя губернатора области предприниматель Морозов.

И вот тут пошёл такой накат на Андрея – наглый, циничный! Микрорайон завалили листовками, в которых Недогонов изображался вражеским агентом, посланным забугорными хозяевами для того, чтобы изнутри дезорганизовывать российскую власть и разваливать экономику.

Писали, что зарплату он получает в долларах, которые ему каждый месяц привозят из-за границы чемоданами. Что строительство котельной горадминистрация ему не согласовывает, так как с вводом её микрорайон накроет экологическая катастрофа.

Андрей пытался опровергать этот бред, но местные типографии отказались печатать его листовки. Те же, что ему удалось изготовить в частных издательствах, кто-то старательно уничтожал, изымая из почтовых ящиков. Потом появилась газета, якобы выпущенная самим фондом, где Андрей признавал критику, каялся и обещал исправиться.

Однажды охранник передал ему толстый конверт. Изучив находившиеся там документы, Недогонов чуть не свалился с кресла.