Грани

– Молодец… – Он снова попытался ударить ее по лицу, Лилит с трудом остановила его тяжелую ладонь. А ведь эти руки умеют быть такими нежными и заботливыми…

Это был трюк, одновременно вторая его рука врезалась ей в живот, лишив дыхания на бесконечно долгие секунды. Девушка согнулась от боли, открывая рот в попытках поймать воздух, который исчез на несколько долгих мгновений, а потом, причинив ужасную боль, ворвался в легкие. Роджер снова взял ее за волосы и заставил выпрямиться. Лил уже ничего не соображала – слишком сильно он ударил ее.

– Приди же в себя. Нужно быть на чеку. – Кровожадно улыбаясь, сказал он. Лилит по-прежнему хватала ртом воздух, все плыло перед глазами. Он еще раз ударил ее по лицу. – Что же ты такая слабенькая? – Угрожающе поинтересовался он.

И вот она лежит на постели, теперь согнувшись пополам… Не соображая ничего, даже не плача от новой боли, вызванной вторым ударом в живот… А Роджер стягивает с себя грязную, пропитанную кровью рубашку, потом снимает капри, рвет одежду на ней.

– Черт, приди же в себя! – Он злится еще больше, бьет коленом в живот. – Дрянь! – Переворачивает девушку на спину, ложиться на нее сверху, грубо раздвигает ноги.

Лилит вскрикивает от боли – он груб, неимоверно груб, она задыхается, бока жутко болят, теперь он ее насилует.

Наконец, он насытился и встал с нее. Лил кое-как переворачивается набок и сворачивается калачиком, пытаясь хоть немного унять боль лепок пониже поясницы.

Мужчина уже переоделся, а она так и лежит с трудом вдыхая воздух. Роджер выходит из каюты.

Такое чувство, что из нее что-то вынули: такая внутри зияющая пустота. Ей все безразлично, даже боль. Все померкло.

Лицо Логрена… Она плохо слышит, что он говорит, словно их разделяет толща воды или толстый слой ткани.

В каюту зашел Роджер. Он зол, накидывается с кулаками на Лога, вышвыривает за дверь и тут же ее запирает.

Она очнулась и сразу же увидела Ро?джера, он сидел на полу, держа ее за руку, глядя в иллюминатор. Вздрогнул. Молчит. Во взгляде бесконечная боль.

– Лилит, тебе нужно на берег… – Тихо шепчет он. – Пожалуйста. – Она ничего не отвечает. Внутри все та же пустота. – Прости меня… Пожалуйста, прости. – Шепчет он. Ей так пусто, ей абсолютно все равно.

– Оставь меня.