Грани

Август испугался нападения Агвайи и разрешение внутренних проблем было отложено до лучших времен…

Правила

никакого участия в захватах

никаких споров

беспрекословное подчинение приказам

волосы убирать

корсеты – запрещены

поверх рубашки – жилет

дуэли, карты – запрещены

участие в саботаже, заговорах, бунтах – запрещено

Вот тот короткий список правил, нарушение которых грозит серьезным наказанием. Лилит эти правила устраивали, разве что иногда было сложно выполнять некоторые из них: в жилете, например, бывало жарко; к корсету Лилит была приучена с детства и без него чувствовала себя голой.

Естественно, ее не устраивали первые три пункта, но Роджер умел подчинять себе.

«Приступы» Ле?о старался подавлять, хотя и с трудом мог определять, когда его мысли были его мыслями, а не наваждениями наступающего помутнения. Переход был едва заметным. Когда же он понимал, что еще немного и не сможет сдерживать свою злость и ярость, мужчина уходил. Иногда срывался на нарушивших правила. Лилит же очень тонко чувствовала малейшие перепады настроения Ро?джера, тем более такие резкие.

Каким-то образом он сдерживался, заставлял себя уходить, успокаиваться. Лил видела, как Ле?о боялся приступов и старался оградить ее от этого. Это было приятнее всего – приятнее успехов в обучении, сближении с друзьями и экипажем в целом. Лилит медленно, но верно укрепляла свое положение на «Смерти».

– Не нужно меня запирать хотя бы во время бурь. – Спокойно попросила Лил. Ле?о окинул девушку удивленным взглядом: обычно ее интонации были совсем другими.

 – Моя помощь может понадобиться. – Снова полу оскал…

– Чем ты можешь помочь? – «Терпение. Только терпение, иначе нам обоим будет плохо» Она с легкостью подавила раздражение. Ле?о опять удивился: спокойствие. Неужели его насмешки перестали действовать?

– Да чем угодно. Я ловчее большинства твоих компаньонов. – Он просто усмехнулся. Облегчение. Но надолго ли миновала опасность?

– Зато слабее. Если тебя унесет, мы никогда тебя не найдем.

Да и незачем будет. Лучше сиди здесь.

– Неправда. – Лил уже и сама удивлялась: ее спокойствию и терпению, казалось, не было предела, что бы ни говорил этот спесивый юнец. – Давай ты проверишь меня сегодня. В конце концов, это нечестно по отношению к другим матросам: они обязаны рисковать жизнью, а я отсиживаюсь в каюте. – Он оценивающе на нее посмотрел. С одной стороны не признать ее правоту было невозможно, но с другой… С другой стороны, был страх ее потерять.