Грани

К этому она была не готова, хоть этот разговор уже давно, словно туча, висел над каждым. Однако женщина с серебряными прядями опустила взгляд.

– Дорогая моя тетя… – девушке было ужасно неловко. «Неужели это кара за тот поцелуй?» – Я… Простите…

– Нет, милая, не надо. – Перебила Маргарет, и рыжая была ей благодарна: меньше всего на свете ей хотелось сейчас с кем-либо объясняться. – Я все понимаю, не знаю, на что я надеялась. Точнее знаю… Я верила, что вы с Изабеллой перевоспитаете наших оболтусов, наверстаете то, что я упустила.

 – Кажется, весь мир ее возненавидел, раз посылает ей такие разговоры! Она молчала, краснея все гуще и гуще. – Но мы не имеем права навязывать вам это решение. Прошу простить меня. – Лилит была не в состоянии говорить и думать, но она понимала, что ДОЛЖНА, что эти люди ее любят, что она обязана им жизнью, пусть и формально. Она должна извиниться, объясниться или хотя бы попытаться, но каким же сильным оказался удар… Она лепетала что-то, постоянно перебиваемая извиняющейся леди Маргарет… Кажется, это длилось ужасно долго.

Запах роз постепенно выветривался: наконец источник аромата покинула помещение.

– Дядя, мне так неловко! – в сердцах вскрикнула Лилит, – я расстроила тетю этим объяснением.

– Нет, Лилит. Ты правильно сделала: вы не должна портить свою жизнь ради наших желаний. – Ее жизнь была перевернута вверх тормашками: уже ничто не будет как прежде – встреча с Роджером, а теперь еще эти известия о дальнейшей судьбе герцога… Все это произошло так сумбурно, что совершенно сбило с толку.

Она запуталась в нем еще больше, чем прежде. И ей стало страшно. Она не понимала, чего боится, или она, наконец, вышла из шока и теперь, осознав, в какой опасности была, испугалась?

– Вы так добры к нам. Когда умер отец, вы поддержали маму и до сих пор вы оказываете нам помощь. – Тем не менее, ей нужно было поблагодарить дядю. Ей пришлось вырваться из той паутины мыслей, в которую она угодила, имея неосторожность влюбиться в Ро?джера.

А глаза лорда влажно заблестели, он отвернулся и смахнул слезу… Воцарилось молчание.

– Дядя… Роджер и правда так опасен? – Прошло несколько минут, она не вынесла бы еще хотя бы мгновения. «На тебя будут охотиться, как на дикого зверя…Хотя «все мы немного звери», не так ли? Вот, что ты так ловко сокрыл…». Его очарование теряло над ней власть, а загадочность приобрела какой-то зловещий оттенок.