Грани

Каршала прорыдала всю ночь… Сначала женщина услышала крики, она испугалась не на шутку, потом вдруг хлопнула дверь, миссис Ага?полис кинулась в коридор, заметила только краем глаза, как Роджер тащит куда-то ее дочь, побежала за ними… Больше она не видела Лилит.

– Почему ты еще не одета? – не то, чтобы он кричал, но его голос гремел в каюте, среди хрупкой тишины.

– Ле?о… Я так устала: столько всего приключилось со мной за вечер. И я ужасно хочу спать. – Его глаза обожгли холодом.

– Одевайся! – рявкнул пират, Лилит в недоумении смотрела на возлюбленного.

 – Живо!

– Я не твой матрос! И не смей так разговаривать со мной! – в гневе закричала она.

– Ты на МОЕМ корабле. Я тут царь и бог, и ты БУДЕШЬ ПОДЧИНЯТЬСЯ моим приказам беспрекословно, это понятно?! – девушка демонстративно улеглась поудобнее. – Думаешь, тебе все дозволено?! – взревел он.

– Прекрати кричать на меня! Я не портовая девка, и ты не будешь разговаривать со мной в подобном тоне! – он колюче засмеялся.

– Да? – спросил он, странно улыбаясь, – Ты, правда, так считаешь? – он медленно подошел, склонился над ней, – Я могу сделать с тобой все, что только захочу… Что ты скажешь на это?

– Ты ничего не сделаешь со мной без моего желания.

 – Невозмутимо ответила рыжеволосая.

Роджер схватил ее под руки и рванул на себя, в миг отскочил, швырнул ее на пол. Лилит держалась. Потом подошел к ней и, глядя сверху вниз, спросил:

– Ты все еще сомневаешься? Одевайся! – Лилит смотрела на него с прожигающей ненавистью.

– Я оденусь, но не потому, что ты запугал меня, а только потому, что сидеть голой весь день – глупо и неприлично, мне не подобает.

 – Он жестоко усмехнулся.

– Не подобает??? – В его голосе явно звучали не то, чтобы истерические, но близкие к тому нотки с немалой долей злости. – А кто же ты такая, что не подобает? Все еще считаешь себя аристократкой после ночи, проведенной с пиратом? – она отрицательно покачала головой и встала с пола, гордо выпрямилась.

– Сословная принадлежность здесь ни при чем, тем более то, что было сегодня.

Причина в том, что меня так воспитала мама, Роджер. – Сказала она, глядя в пронзительно-синие ледяные глаза. – Ты слишком кичишься своим именем.

– Мне есть чем гордиться, Лил! Почти три года я терроризирую короля, его идиотов-адмиралов и прочий сброд. – Девушка молча одевалась. – Обиделась на меня? – спросил он тихо.

– Ты глупо себя ведешь, Ле?о… Я не враг тебе, а ты пытаешься меня возненавидеть и унизить. – Он молчал некоторое время.