Рассказы страшные, странные, смешные и самые обыкновенные

Пока свита губернатора поливала бензином и поджигала влажные поваленные деревья, пока борец с огнем, страхуемый пожарными, забрасывал «зловещие языки пламени» песком, позируя при этом перед объективами фото и видеокамер, прошло еще полтора часа. И в заключение десятиминутное интервью с героем.

В общем, роспись я, разумеется, пропустил, да и на банкет пришел с большим опозданием. Ведущая собиралась усадить меня с краю стола, но Алена сказала: «Это мой папа, я хочу, чтобы он сел рядом. Здесь есть свободное место».

Весь остаток вечера я любовался своей дочерью.

Я видел, что ее избранник, обрусевший немец со странным именем Эмиль, искренне любит Алену. Я был рад за них, и в то же время злился на Эмиля. Ведь он увозил от меня мою единственную дочь. Дочь, которую я в детстве качал на коленях и носил на плечах, у которой заплетал косички и рисовал йодом на спине во время болезни машинки и домики. И ее сегодня я не успел поцеловать на прощание. Виной был все тот же очерк о губернаторе-супермене и мое неумение идеологически грамотно излагать подобные материалы. Редактор несколько раз возвращал мне статью на доработку. Да еще этот таксист, не знающий нашего города.

Я поднялся с холодных ступеней. Такси уехало, а вызывать новое и ожидать не пойми сколько, не хотелось. Я решил пройтись немного, а там, глядишь, подберет кто-нибудь. Но маршрут я выбрал не вдоль трассы, а напрямик через лес. В лесу стоял грибной запах. Мягкий мох проседал под ногами. Словно отбойным молотком долбил сухое дерево дятел.

Звуки и запахи леса напомнили мне наш первый поход с Аленой за грибами. Ей тогда только-только исполнилось семь.

– Папа, смотри, это что такое? – указала Алена на шарики, подозрительно похожие на медвежий помет.

– Пошли-ка отсюда, дочка, похоже, это мишкин туалет, – сказал я.

Когда же мы с полными корзинами боровиков возвращались к остановке, Алена увидела еще одну кучу.

– Здесь тоже мишкин туалет, – поспешила предупредить она.

– Нет, дочь, это не мишкин, – успокоил я ее.

– А как ты понял? – удивилась Алена.

– Вон, видишь, окурок рядом лежит? А медведи не курят.

Припомнив этот эпизод, я невольно улыбнулся. Эх, где те времена, когда мы с дочкой были неразлучны?!

Через пару километров тропинка вывела меня к трассе. И я пошел по обочине, периодически голосуя. Никто не останавливался. Когда впереди уже замаячили стены окраинных домов города, в кармане завибрировал мобильник. Я вытащил его и прочел СМС: «Папа, мы в Калининграде.