О двойках, пирожных и настоящей дружбе

Во второй раз постарайся. Полушкина! Готовится Романов!

– Что-то хиленько! – с улыбкой сказал подошедший Серега. – И в подтягиваниях я тебя делаю и в прыжках.

– Не сильно радуйся, – парировал я, – есть еще вторая попытка.

Впрочем, на второй попытке реванш не состоялся. И Антонов, и я повторили свои результаты.

– Да-а-а, – протянул Виктор Сергеевич, когда все прыгнули по два раза, – результаты не обнадеживающие. На сегодняшний день на золотой значок прыгает одна Куликова. Предстоит работка. Ладно, начинаем наклоны.

По наклонам дела обстояли лучше. Ладонями до пола достали Антонов, Кузнецов, Шашкин, почти все девчонки, включая, конечно же, Куликову. А я сегодня даже не смог дотянуться до пола пальцами, не сгибая ног. Виктор Сергеевич многозначительно посмотрел на меня и повел мальчиков к высокой перекладине. Я расстроился из-за своих результатов. Правда, если честно, согревала мысль о том, что мой рюкзак наполняется вкуснейшими в мире конфетами. Но вот в подтягиваниях я Антонову проигрывать не собирался.

Серега, дергаясь, подтянулся всего семь раз. Впрочем, на золотой значок этого было достаточно.

– Ладно, засчитываю семь. Но весной будет принимать комиссия. При них-то хоть не дергайся, как парализованный, – Виктор Сергеевич под дружный смех класса изобразил Серегу. – Даня, покажи, как нужно подтягиваться.

Я подошел к перекладине подпрыгнул и повис. Главное сейчас подтянуться те же семь раз, но без дерганий. Я подтянулся чисто без раскачиваний четыре раза и понял, что больше не могу.

– Ну вот! Учитесь! – сказал Виктор Сергеевич классу.

Его похвала прибавила мне сил еще на одно ровное подтягивание. Ну же, еще два разика. Но на шестом подтягивании левая рука соскользнула с перекладины, и я полетел на пол, ударившись боком.

– Сильно ушибся?! – взволнованно спросил Виктор Сергеевич, помогая мне встать. – До здравпункта дойти сам сможешь? Или проводить кого отправить?

– Не нужно, сам дойду, – ответил я и под сочувственные взгляды одноклассников, прихрамывая, поплелся к выходу из зала.

Сломанные весы и исчезнувший синяк.

Я стоял перед кабинетом медика и недоуменно уже в пятый раз пересчитывал конфеты и соотносил их с проигранными Антонову состязаниями. Так, хорошо, две, пускай за две попытки прыжков, одна за наклоны, одна за подтягивания, а еще одна за что? Да какая разница! Я за минуту смолотил все пять конфет.