Король утра, королева дня

Эмили: Как будто они не хотели, чтобы я снова их фотографировала. Они сделались далекими и отчужденными, словно туча закрыла солнце. Они отстранились от меня, спрятались в лесу. Я не видела их уже много дней – о, почему же они скрылись от меня?! Я лишь хочу с ними дружить.

Йейтс: Спасибо, Эмили. На данный момент это все.

Рук: Извините, мистер Йейтс, одну минуту. Могу я задать пару вопросов, прежде чем мы завершим сеанс? Эмили, когда случилось первое сверхъестественное проявление?

Эмили: Первая ночь была шестого июля.

Я помню… я записала это в своем дневнике. Это была последняя очень жаркая ночь. Я вернулась домой из Школы Креста и Страстей дней за десять до того. Я слышала, как они звали меня по имени, и, когда я вышла посмотреть, что происходит, сад был полон огней. Они повели меня в лес. Я и представить себе не могла, что фейри так много и что они такие красивые.

Рук: А ты помнишь, как выглядела луна в ту ночь?

Эмили: Я помню, что она была очень яркая… полнолуние только что миновало.

Как же она сияла!

Рук: Шестое июля. По моим прикидкам, примерно полчаса после полнолуния. Хм-м. А даты последующих проявлений, Эмили?

Эмили: Одиннадцатое, двенадцатое и тринадцатое.

Рук: Спасибо, Эмили. Теперь ваша очередь, мистер Йейтс. У меня больше нет вопросов.

Второе интервью: 21:50, 28 июля.

Присутствующие: те же персоны.

Погода: порывистый западный ветер с ливнями.

Йейтс: Встреча, упомянутая тобой вчера (сверяется с заметками), в ночь на шестое июля – это был первый опыт такого рода?

Эмили: Нет.

Йейтс: Были – прошу прощения – ты как-то иначе сталкивалась с этими существами?

Эмили: Да. Был один случай.

Йейтс: Не могла бы ты рассказать нам про него?

Эмили: Это случилось в школе, в Ратфарнхэмском лесу. Я всегда чувствовала, что они там, в дебрях. По ночам я слышала, как они охотятся. Слышала лай псов, звон колокольчиков на уздечках лошадей и соколиных опутенках… Да, охота. Где-то в лощине.

Йейтс: В лощине?

Эмили (кажется, теряя терпение): Да, в лощине.

Моя лощина, мое тайное место, мое личное убежище, где я могу побыть наедине с собой, отгородиться от Школы Креста и Страстей и сестер-наставниц и в должной степени затаиться, чтобы ощутить магию.

Йейтс: Пожалуйста, продолжай.

Эмили: Мне угрожала опасность от того, кто слал письма, – от того, кто говорил, что любит меня. Они пришли и прогнали его, прежде чем он смог причинить мне боль.

Йейтс: Э-э… речь про фейри? Я не понимаю.