Эхо зла

Насколько голо и безотрадно было здание, настолько оно было в совершенстве продуманно, логично и функционально построено.

Ведя его через лабиринт из однотипных стен, Дариос допытывался, что же Арес хотел бы есть. Хотя английский этого времени и звучал странно, всё-таки большинство понятий в нём соответствовали тем из времени Ареса. Несмотря на это, Дариос не мог понять, что такое картофель и стейк. Но в конце концов до него дошло, что Арес хотел мясо и овощи. В комнате, в которую он привёл Ареса, он вставил упаковку с белым порошком в готовившую еду машину.

Не прошло и трёх минут, как перед Аресом стояла тарелка. На ней лежали три разных по размерам поджаристых брикета. Дариос объяснил, что большой представлял собой концентрат белков, средний был насыщен углеводами, а маленький – полной гаммой полезных витаминов. Чисто теоретически Арес получил то, что заказывал – мясо, картошку, овощи и даже хлеб. Величина большого брикета затемняла даже американские и австралийские стейки. На этом какие бы то ни было общности заканчивались.

Вкус всех брикетов варьировал только в едва ощутимых нюансах, причём все три имели привкус клубники. Судя по всему, пища этого времени имела лишь одно назначение – дать телу нужную для существования энергию. Много бо?льшего Арес вообще-то никогда от пищи не ожидал, но по его мнению она должна была иметь хотя бы собственный специфический вкус. Поэтому он терпеливо и детально объяснил Дариосу, что такое пицца. Тот довольно беспомощно передал эту информацию пищевому аппарату. От него Арес получил круглую лепёшку из трёх слоёв с узором на верхнем. Вкус её был таким же как у брикетов, лишь клубничный привкус отдавал лёгким оттенком сыра.

–– Я не уверен, что мир, в котором не существуют пиццы, вообще может быть спасён, – сказал Арес. – У вас есть хотя бы кофе, а?

–– А это что такое? – спросил Дариос.

–– Возбуждающий напиток.

–– У него есть негативные аспекты?

–– Наверное, – ответил Арес. – У чего их нет?

–– У нашей пищи, – язвительно провозгласил Дариос.

 – Машины сделали её хорошо усваиваемой, полезной и высокоэнергетичной. А вещи с любым побочным действием строго запрещены. – Он чуть пренебрежительно усмехнулся. – Сколько мне лет, как вы думаете?

–– Сорок, – предположил Арес.

–– Мне восемьдесят два, – заявил Дариос. – Теперь все люди живут по сто двадцать лет. Без болезней и недугов. Ну, ежели и без монстров.

–– А почему не дольше? – поинтересовался Арес.

–– Без понятия, – смущённо ответил Дариос.