Крылья древнего ящера

– Ты же сам видишь, я и не отхожу от… него. Только, вот, подружка твоя лишнего, случайно, не нафантазировала?

Вреж только поднял на него глаза.

– Ну, не знаю. Кстати, мне нельзя надолго отходить сейчас: на пульте нужен второй человек, а Ван Шао вышел.

– Ночью на авторежиме идёте?

– Да. Но один, на всякий случай, дежурит.

– А кто дежурит сегодня?

– Даже не знаю. Но не я, во всяком случае. Пойду я… Если, что, я же тебе сразу выложу всё, в первую очередь.

Вреж не спешил выходить из лаборатории. Да и куда торопиться?

Вплыла Гимус.

– Ну, что?

– А я думал, ты где-нибудь подслушивала.

– Да вот, что-то заложило. Итак, есть что новое?

– Он сомневается уже насчёт твоей серьёзности.

– Он? Ли? Ты ему всё-всё выложил. Молодец!

– А что в шпионов-то играть?

– Ты прост, как деревенский веник. Доверь серьёзный вопрос болтливой тёте…

Вреж побагровел, и наблюдательная Гимус сбавила тон.

– Учту я и мнение Ли обо мне, спасибо, что сказал.

– Приходи, дам успокоительное, – бросил он ей в след.

Совсем недавно Моника прошлась по самолюбию Шеметова. Теперь вот – Дорис. Ну, надо же: выдал её наблюдательность психологу – астронавту для этих ситуаций и включённому в экипаж! Медицина так до сих пор и не научилась удалять с корнем те центры мозга, которые в прошлом толкали женщин лить соляную кислоту в глаза соперниц. В настоящем кислота уже

не используется, но центры-то остались. Но Дорис тоже можно понять: осторожничала, чтобы не нажить куда худшее, а теперь это дело вне контроля.

* * *

"Арамис" уже вошёл в планетную систему "шестёрки". Уже даже в иллюминаторы было видно, что двойная звезда имеет всего две планеты, которые крупными молочными точками выделялись из россыпей звёзд. Ветер "шестёрки" уже тянул к себе. Странная голубая туманность, оказывается, почти постоянно вмещала в себя одну из планет. Сама эта туманность также передвигалась по орбите, только очень медленно, а находящаяся в ней планета, в силу искривления траекторий, может, никогда её и не покидала.

По крайней мере, такая версия была вполне приемлемой, глядя с колокольни "Арамиса". Орбита другой планеты, а по параметрам именно на ней и погиб "Зевс", располагалась от своего светила примерно на том же расстоянии, что и её сестра, погрязшая в своём голубом рассоле. Тем не менее, даже простые расчёты уже явно противоречили устоявшемуся мнению учёных о том, что равноудалённые от своей звезды планеты когда-нибудь обязательно столкнутся.