Последний дракон

Что на самом деле пошатнуло самообладание Хука, так это его собственный конфуз. Что, черт возьми, произошло? Все, что он мог предположить – это будто гранату дернули обратно за ниточку. А за его многолетний, крайне богатый опыт со снарядами такого дерьма тупо не бывало. Эта граната не связана с независимой системой управления. Куда ее человек направил, туда и летела.

До сегодняшнего дня.

Хук схватился за два кипариса и, перетащив себя через насыпь, вылез на твердую землю.

«Как-то недостойно, – подумал он, – лежу тут на пузе, как труп к берегу прибило.

И, что хуже, я тут как на ладони».

Хотя, быть честным, недостойная поза волновала его куда больше.

«Две пули в башку, вот так меня и найдут».

Поэтому Ридженс Хук поднялся, стряхнул с себя куртку – и, наверное, десять фунтов болотного дерьма с ней вместе.

– Ну чо, вперед, мудила! – крикнул он полупрозрачным занавесям испанского мха. – У меня есть еще что показать!

Правда: Хук был готов биться лицом к лицу.

Сержант-инструктор еще в Полке однажды заметил: «Ты как тот сраный Халк, а, рядовой Хук? Чем больше на тебя лью говна, тем больше у тебя этого блеска в глазах. Одобряю, рядовой. Ты прямо машина для убийств, а, пацан?».

И Хук ответил: «Так точно, сержант. Машина для убийств, вот кто я».

Ответил он не громко, как вымуштровали. А очень тихо, как будто слова шли из самого сердца.

Сержант чуть не наложил в камуфляжные штаны и Хука больше особо не доставал.

С тем же блеском в глазах Хук больше всего на свете теперь хотел перерыть вдоль и поперек весь этот унылый остров и отловить пацана Айвори.

Но…

Но парочка взрывов могла привлечь внимание.

А пистолет несомненно забит дерьмом.

И пацан Айвори уже, вероятно, на пути к ближайшей гавани Пети-Бато, на посудине, которая его сюда принесла, ведь о том, что она проплыла мимо, Ридженс соврал.

Разумным шагом было подняться по реке на лодке Уилларда и, может, перехватить того, кто снимал его на видео.

Это было самым разумным шагом.

– Будь молодцом, сержант Ридженс, – сказал он себе, подражая своему иракскому инструктору, полковнику Фараиджи. – Сохраняй спокойствие.

Хук зажмурился и сосчитал до десяти, глубоко дыша носом – расслабляющее упражнение, которому научился у шлюхи из Французского квартала. Когда он открыл глаза, внутренний убийца на время затаился.

«На время, – подумал Хук. – Но здесь что-то произошло, и я выясню это».