Под свист пуль

И тем не менее все его помыслы устремились к санчасти. Он должен увидеть ее, услышать голос, почувствовать теплое, нежное рукопожатие любимой!

Даймагулов торопливо распрощался с Рундуковым. Тот даже посмотрел на него недоуменно. Собрались вроде кое о чем поговорить, и вдруг на тебе: пока, я спешу! С инженером прежде такого не бывало. Но спорить он не стал. Рундуков считал: раз человек торопится, значит, его задерживать не следует. Он любил повторять поговорку: вольному – воля, спасенному – рай.

Даймагулов быстро отыскал палатку медиков.

Спросив разрешения, вошел – и сразу же увидел ее возле печки. Она стала еще строже и прекрасней. Так, по крайней мере, ему показалось. Те же лучистые глаза, нежный овал лица, изящные губы, подбородок с ямочкой. Вот только морщинок под глазами прибавилось. И тут, конечно, не столько годы виноваты, сколько война. Много часов, за то время, что они не виделись, она простояла за операционным столом, спасая людей от смерти. И какая ответственность лежала на ее плечах! Поневоле состаришься.

– Рада видеть вас, Николай Николаевич, в добром здравии, – улыбнулась она и протянула руку. – Как ваши раны? Не беспокоят?

Он торопливо и очень осторожно, точно боясь раздавить, пожал сухую, теплую ладошку.

– Никак нет, дорогой доктор! Здравия желаю! – гаркнул Даймагулов уставное приветствие и тут же смутился. Что это он, как солдафон, талдычит. И поспешил добавить: – Вы так хорошо меня подштопали, Тамара Федоровна.

– Ну, не стоит преувеличивать мои способности, – усмехнулась она.

 – Это была трудная, конечно, но все же обычная операция. С ней любой хирург справился бы.

В палатку неожиданно заглянул солдат-посыльный с красной повязкой на рукаве.

– А я вас ищу, товарищ майор, – обрадованно воскликнул он, обращаясь к доктору.

– А что случилось? – обеспокоенно спросила она.

– На мине, говорят, кто-то подорвался. Вы нужны. Командир ждет вас у своей машины тут неподалеку.

Даймагулов выскочил из палатки вслед за Тамарой Федоровной.

Раз речь шла о мине, то это и его касалось в первую очередь.

Еще издали они увидели фырчащий командирский газик и нетерпеливо ходящего вокруг него Агейченкова. Чуть поодаль стоял бронетранспортер с вооруженной охраной, без которой командир из лагеря не выезжал (таков был приказ свыше). Агейченков вскинул взгляд на подбегающего врача и удивленно воскликнул:

– Ты?.. Каким образом?.. – но тут же осекся. – Прости, совсем забыл. Мне же сегодня докладывали.