Марсала

– Значит, – Павел чуть отстранился, прищурившись, – будешь утверждать, что птичка, жаждущая улететь в тёплые края, даже и не думала дразнить охотника своим ярким оперением?

– У тебя слишком богатая фантазия, охотник, – фыркнула Рита, пытаясь отвести взгляд, но Стрельцов тут же перехватил её за подбородок оторвавшейся от стены рукой, и заставил снова посмотреть в свои бесстыжие глаза.

Он улыбнулся, прочитав в её взгляде то, что она так старательно, но, судя по всему, безуспешно пыталась скрыть.

Довольной улыбкой объевшегося сметаны кота. Вот только в неотрывно смотрящих на неё глазах читалось не только довольство и лукавство, но и что-то гипнотизирующее, обжигающее, заставляющее дышать чаще.

Стрельцов, отпустив подбородок Маргариты, едва прикасаясь провёл большим пальцем по скуле, опускаясь к губам, а затем легко скользнул ниже, очертив линию расстёгнутой на одну пуговицу тёмно-красной блузки, и продолжил опускаться, задев грудь, прикосновение к которой даже сквозь пару слоёв ткани, заставило внутренности Риты скрутиться в тугой, пульсирующий жаром узел.

– Значит, птичке не нужен отпуск? – его рука остановилась на талии и нырнула за спину, пытаясь притянуть Маргариту ближе.

Он снова провоцировал её! Снова! И Рита, словно зачарованная, ничего не могла с этим поделать. От близости начальника, от его жара, запаха, голоса, подгибались ноги, и в голове просто не оставалось места для здравого смысла – Павел вытеснил собою всё!

Она опустила взгляд на его губы и ощутила дикое желание почувствовать их вкус.

Застыла, заворожённо уставившись на них.

Стрельцов нервно сглотнул, прерывисто выдыхая, и тем самым заставил отвлечься от созерцания его рта и за секунду отрезвил Маргариту. Она дёрнулась, вырываясь, и обеими руками упёрлась ему в грудь, отталкивая.

– Птичка не готова на такие жертвы ради банального отпуска! – почти зло кинула ему, пытаясь защититься, скинуть с себя чары. – За кого охотник вообще держит птичку?

– Всего лишь за разумную, честную и свободную в своих желаниях… птичку, – и не думал идти на попятную Павел Васильевич.

– Боже, что за ересь мы несём!

– Маргарита…

– Пусти меня, Стрельцов!

– И не подумаю! Должен же я убедиться, что ты не блефуешь.

– Убедиться?! Ты совсем рехнулся?

– Значит, тёплые края всё же отменяются? – хмыкнув, отстранился он.

Рита застыла, прищурившись и сверля его подозрительным взглядом.