Колючее счастье

Ведь дальше учёба и предстоящие экзамены поглотят с головой, и на личную жизнь и развлечения совсем не останется времени. Несмотря на то, что и Слава, и Женя хорошо учились и числились среди лучших учеников в своих классах, и на радость родителей справлялись с учёбой сами, без репетиторов и дополнительных занятий, гонка под названием «госэкзамены» была испытанием даже для самых стойких.

И сейчас, ради «великой цели», вечно враждующие сводные брат и сестра оказались готовы сплотиться в команду, и сделать всё, чтобы родители поверили в их наладившиеся отношения и со спокойной душой свалили на свой курорт.

И не просто свалили, а свели к минимуму опеку над своими «непутёвыми чадами».

– Чувствую себя героиней тупой американской комедии, – изрекла Женя, вертясь перед братом в очередном выбранном наряде.

– Это почему?

– А почему нет? Только навязчивой музычки «в тему» не хватает… Бред какой-то…

– А, по-моему, вполне, – оценил Слава её внешний вид.

Женя ещё раз оглядела себя в зеркале.

– Мне не нравится.

Посмотри, какие идиотские карманы! И ещё я устала. И хочу есть.

– Окей. Как только ты выберешь, что из этой туевой хучи возьмёшь, – Святослав обвёл взглядом ворох одежды в примерочной, – мы идём на кассу, расплачиваемся, а потом – сразу на фуд-корт.

– А если я не хочу ничего из этой кучи?

– Какая-то ты неправильная девушка, Жень… – вздохнул Слава. – Ну взять хотя бы то, что сейчас на тебе. Что не так? Кроме карманов.

– Тебе нравится? – выжидающе посмотрела она на него.

– Ну-у… Вроде неплохо. Но прошлый вариант был лучше.

– А Максу понравится?

– Слушай, я сейчас открою тебе большой секрет – парням наплевать, во что ты одета!

– Тогда зачем это всё? – возмутилась Женька. – Ты сам себе противоречишь, братец!

– Не путай, систер. Если на тебе бесформенный мешок из-под картошки – это фу! А если на тебе что-то, обтягивающее одни нужные места, и приоткрывающее другие, это совсем другое дело, – с видом знатока изрёк Светик. – Но каким будет при этом барахло – синим, зелёным, серо-буро-малиновым, с какими-то блестяшками, или без них – всё равно.

Так что бери уже что-нибудь, и пойдём. Надоело.

– Пайетками.

– Чего?

– Это не блестяшки, это пайетки.

– Да хоть х… – Слава под убийственным взглядом Евгении проглотил чуть было не сорвавшееся с языка универсальное ругательство, с нужным окончанием способное означать всё, что угодно.

– Хорошо, я беру это, – согласилась наконец она.

– Лучше предыдущее.