Бешеный куш

– Бандюга, пробы ставить некуда. Работает на Бакинца. Хотя будет работать на любого, кто даст деньги.

– Покажи-ка мне еще раз эту бумажку из ГАИ, – сказал Гущин.

– Виктор Александрович, вот же она… – Хрулев тронул лежащую на столе бумажку. – Перед вами, на столе.

– Вижу, прости… – Гущин подтянул к себе бумажку. Прочитав, отодвинул. – Говоришь, ты видел этого постового Бодрова, старшего сержанта?

– Видел. Обычный постовой, не заинтересованный в этом деле нисколько. Таких сообщений я получил в течение дня около восьмидесяти.

Сообщение Бодрова – одно из них. Врать, что он видел, как зеленый «додж-караван» с московским номером свернул у Баковки в сторону Измалковки, ему не было никакого интереса. Его запросили – он ответил. Я к нему подкатился как представитель транспортной милиции, и он сказал, что уже видел здесь раньше этот «додж-караван». Все сходится, даже то, что этот «додж» оказался там, у Баковки, будто точно по расписанию. Как раз чтоб успеть доехать туда от Шереметьева. Уверен, он встал у одного из трех мест. Или у дачи Буденного, или у дачи Руслановой, или у базы спортобщества «Локомотив». За Измалковским озером его уже никто не видел.

– Точно? – спросил Дерябко.

– Да. С гарантией. Места эти, дачи Буденного и Руслановой, а также «Локомотив», находятся довольно близко друг от друга. Определить, куда точно этот «додж» направлялся, можно минут за двадцать.

– Что собой представляет деревня Измалковка? – спросил Гущин.

– Типичная подмосковная деревня.

С козами, курами и так далее. Уверяю вас, талышам там делать нечего.

– А что это за детский туберкулезный санаторий? Из которого ты черпал сведения?

– Он стоит на берегу Измалковского озера, как раз напротив деревни. Там, в этом санатории, есть одна девушка… Врач… Симпатичная… Ну… – Хрулев криво улыбнулся. – Понимаете сами, пришлось раскрутить. Я даже и не спрашивал у нее ничего, она сама все рассказала.

– Понятно. – Гущин надолго замолчал. Наконец, посмотрев на часы, сказал: – Ну что, ребята, уже семь вечера.

Что бы вы предложили?

– Я бы предложил осназ, нулевой вариант, – не глядя на него, сказал Дерябко.

– Пожалуй, ты прав. Я тоже другого выхода не вижу. Помедлив, Дерябко посмотрел на Гущина:

– Сами будете разговаривать?

– Сам. Только надо узнать, что у нас там сейчас есть, кроме Москвы. Вологда? Северный Кавказ?

– Виктор Александрович, если честно – я таких вещей не помню.

– Уточни у Веретенникова.

– Сейчас.