Пеший камикадзе. Книга вторая. Уцелевший

 – Тебя зовут… не слышишь, что ли?

– Да! Спасибо! Иду! – вскочил с табурета растревоженный Егор, подумав по пути, – «Осталось, чтобы порванные и абы как сросшиеся барабанные перепонки все дело загубили… – разозлился он на себя, – тогда, блядь, вообще ловить здесь будет нехуй! – теплые воспоминания в миг улетучились, как и не было. – Распределиться бы уж как–нибудь…» – отворил Егор дверь.

– …Товарищи командиры, – обратился Ходаренок к присутствующим, – хочу представить вам еще одного добровольца… в недалеком прошлом офицера–спецназа, офицера–сапера, потерявшего в ходе боевых действий в Чечне руку и ногу при подрыве на фугасе… Правильно я представил? – обратился комбат к Егору.

– Все верно…

– Несмотря на серьезные увечья, офицер добровольно приехал воевать с укронацистами за нашу Новую Россию… за Новороссию. Имея полезные навыки и, что немаловажно, опыт ведения боевых действий – он мог бы оказаться для нас очень полезным, но видит себя исключительно в качестве бойца боевого подразделения. Я, безусловно – за; но… Характер его увечий может существенно повлиять на успех любой боевой задачи любого из подразделений, в котором он окажется.

В связи с чем я принял решение – вынести его кандидатуру на голосование комсостава и рассмотреть, кто из командиров готов нести ответственность за… – не подобрал слова комбат, – его действия в составе своей роты. Прошу – голосовать!

Аудитория оживилась.

– А наподумать будет время?

– Нет. Решение нужно принять сейчас! Кто готов взять в свою роту?

Егор испытал минутное напряжение, но следом, увидев движение рук, был невероятно потрясен.

По итогу большинство – проголосовали «за». Воздержавшихся было трое: Котов; Абулайсов, в чьей роте Ходаренок рассчитывал обкатать калеку; и Медведчук – состоящий с комбатом в особом договоре. Даже Жорин, в этот раз, по какой–то неизвестной причине был согласен на одноногого сапера.

– Абулайсов, а ты?! – неприятно удивился комбат, рассчитывающий на иное поведение.

– А чего я? – сказал Абулайсов. – Вон, смотрите, сколько желающих – к любому пусть идет!

– Ну да, зачем ему такой боец? – прозвучало с задней парты.

 – Ему своих «саперов» хватает, вон, они… этому… какие протезы забабахали!

Егор смолчал. Ситуация была патовая. Возразить было нечего. Подмечено верно – со стопроцентным попаданием. Медведчук забеспокоился, но встретившись с комбатом взглядом, понял по глазам, что договоренность не исчерпана и по–прежнему в силе, – скрестил руки на груди и спрятал глаза.