Пеший камикадзе. Книга вторая. Уцелевший

Мужчина в семье, как часовой на посту, один в один с теми же обязанностями и запретами, – бдительно охранять и стойко оборонять свой пост; нести службу бодро, ни на что не отвлекаться, не выпускать из рук оружия и не отдавать его никому… А я на своем посту делал всё что заблагорассудится: пил, курил, досылал без надобности патрон в патронник и другими способами отвлекался от исполнения своих обязанностей… если понимаешь, о чём я?

– Где они теперь? – осторожно спросил Витька, чувствуя, что ступает на чужую запретную территорию.

– В Москве… – сказал Егор.

– Так чего ты уехал от них?

– Мы уже два года не вместе, – сказал Егор, потеряв голос и закашлявшись как старик прокуренным горлом.

– А хотел бы? – прицепился Витька.

– Больше жизни… – признался Бис так жалостливо, что Песков, какое–то время назад ощутив излучаемую человеком напротив магическую силу при одном только упоминании о спецназе, вдруг увидел его ничтожность и уязвимость, будто выданная авансом ценность была вручена зазря и теперь он, Виктор, может совершенно законно и обоснованно забрать ее, лишить этого права и даже справиться с эти жалким калекой–спецназовцем одной левой.

Так случается часто, что молодые люди, вроде Пескова, не всегда со зла, а в силу возраста и характера, неспособны иначе дифференцировать себя с обществом, кроме как установив свою собственную уникальность исключительно по факту вероятного доминирования или физического превосходства над другими, проще говоря, при помощи кулаков.

Как и многие, Виктор Песков допускал это несознательно.

– Так чего ты тут! – понизив голос, сказал Витька, будто злясь.

– Уже поздно… Слишком долго я не считался с ними, считая семьей спецназ: «Это моя семья! – говорил я. – Другой семьи не будет!» – так я думал. Знал, ведь, что прекрасно спецназ обойдется без меня… и боялся, что я без него – нет.

Весь смысл моей кропотливой борьбы в то время заключался в службе в спецназе, в поддержке братишек, в преодолении себя ради того, чтобы вновь оказаться с ними в бою. А для чего мне это было нужно – я ответить не мог… Однажды в госпиталь приехала женщина, звали ее – Мэри Бушуева. Солдатики, за ее кукольный вид и немного угловатую походку, прозвали – Мэри Поппинс. Выглядела потрясающе, не хватало только шляпы и зонтика, чтобы летать.