Пеший камикадзе. Книга первая

Отказавшись от ужина Егор остался в постели и одиночестве, но грустить пришлось недолго, вскоре на пороге появились военврач Николаев и медсестра Наталья Шнеур. Вместе они принялись кружить вокруг больного. Он молча потрогал лоб. Она без слов стащила штаны и ввела в ягодицу шприц с иглой и лекарством.

– Это должно помочь, – сказала она.

Егор ничего не ответил, лёжа на одной стороне.

– Как себя чувствуешь? – спросил Николаев.

– Плохо, – честно признался Бис.

Вместе они присели на соседнюю койку. Он сунул Егору под мышку градусник. Она принялась измерять давление.

– Поправишься, даже не сомневайся, – сказал Дмитрий. – Надо только отлежаться. А для этого постарайся реже вставать, постельный режим соблюдать. К нам заходил начальник штаба перед ужином, справлялся о тебе, мы ему всё что нужно сказали, так что лежи, напрасно не беспокойся. Зря ты не остался в лазарете, был бы под присмотром.

– Это не обязательно. Само пройдёт, – сказал сиплым голосом Бис.

– Само ничего не проходит!

Николаев похлопал Егора по плечу. Наташа поправила одеяло.

– Завтра утром приду, – сказала Шнеур. – Во сколько проснёшься?

Егор задумался, будто наутро у него было расписание из неотложных дел.

– Как обычно, – стушевался он. – Часа в четыре.

– Хорошо, – сказала Наталья, – приду в восемь.

– Поправляйся, – сказал Николаев.

Они вместе поднялись и друг за другом вышли.

Егор мучительно вздохнул, размышляя над тем, что начштаба заходил в медпункт не потому, что волновался за старшего лейтенанта, а совсем по другому поводу. Там Наталья Робертовна угощала его крепким чаем из фарфоровой чашки с блюдцем на белоснежной скатерти. Оказаться рядом с такой женщиной посреди хаоса войны всё равно что попасть в оазис посреди бесплодной пустыни… Не успел Бис подумать о запретном грехе, как в палатку вошёл начштаба в сопровождении старшего прапорщика Кривицкого.

Снаружи они шумно спорили, будто обсуждая польское происхождение друг друга и искали общих родственников в окрестностях Варшавы, а на пороге замолкли. Крышевский, сотрясая палатку тяжёлыми шагами, особенно насторожил Биса.

– Как самочувствие? – спросил он.