Пеший камикадзе. Книга первая

 – Поставить фугас на подступах к проулку на случай преследования – как нефиг делать.

Крутия подобные размышления не забавляли.

– Кто завтра на маршруте вместо тебя? – сменил он тему разговора в одностороннем порядке.

– А ты угадай с одного раза?

Крутий посмотрел на обоих.

– Ты, наверное, кто ж ещё? – сказал он. – Больше некому.

– Крышевский приказал поправиться к утру, – одной фразой передал Бис суть разговора с начштаба.

– Они там в штабе охуели в конец?!

– Ты же сам согласился? – обличил Генка Егора, отхлебнув крепкий напиток из кружки.

 – Нечего из себя теперь жертву строить?

– А что мне оставалось, когда начштаба у моей кровати как носорог пыхтел?

– Ладно, не горячись, прорвёмся. – Крутий допил остывший кофе и поставил кружку на прикроватную тумбу. – За то, что не помог сразу, прости. Я со стороны водилы сидел, не видел, что тебя оставили без сознания. Всё быстро случилось. Все попадали с брони и бросились отражать нападение. Это я так брякнул, что ты с БТРа нырнул, шутки ради.

Сейчас же можно шутить, когда обошлось?

– Конечно, можно. Не парься.

– Выздоравливай. И спасибо за кофе.

– До завтра, – простился Егор.

Голова шла кругом и всё же Егор уснул, продолжая слышать голос Крышевского, будто проигрываемый на граммофоне как редкая звукозапись, что скрипнув на изломе снова и снова воспроизводила один и тот же фрагмент, на фоне которого он слышал разрывы фугасов, крики и автоматную трескотню:

'Подрыв одного сапёра на фугасе – единственный допустимый результат!'

Наутро тело Егора страшно болело.

Боль растекалась по рукам и ногам, будто он упал с балкона высотного дома, но нокаутирующему удару оземь препятствовали многочисленные конструкции с верёвками для сушки белья. Егор не мог держать голову высоко как раньше и пройдя через толпу расступающихся и козыряющих разведчиков, отправился в медпункт бригады, расположенный неподалёку от места построения дозоров. По приказу начальника штаба инженерная разведка должна была начаться после того, как военврач Дмитрий Николаев осмотрит Биса перед выходом.

– Как же так? – ничего не понимала Наталья Шнеур. – Дима, ты должен что-то сделать!

– Наталья Робертовна, я делаю.

– Нет! Ты должен это остановить! Ну как он такой пойдёт?

– Вы сделали ему укол?

– Сделала.

– Вот и идите. Дайте мне выполнить мою работу.

Наталья замолчала, оскорблённо посмотрела на Николаева и вышла.