Прокофий и Свет Желаний

– По-моему, он выглядит испуганным, – с тревогой отметила миссис Фарадей, пододвигая к Прокофию пустую тарелку. – Не знаю, какой разговор состоялся у них с его родителями, в любом случае это было не самым худшим из того, что его ждет. Столько внимания, столько вопросов, весь город на ушах!

Пока Прокофий тревожно глядел за окно – уж не встал ли кто-то на уши после слов мамы? – в его тарелке появилось несколько кусочков сочной дыни. На улице, к счастью, было пусто, и Прокофий вздохнул с облегчением. Он понимал, что сейчас самое время рассказать обо всем родителям, пока не случилось ничего плохого, как, к примеру, во «Вкуснятине».

– Еще бы, ведь маленький мальчик каким-то образом нарушил закон Основания и создал предмет высшего колдовства! – покачал головой мистер Фарадей.

Родители говорили о Скидле так, словно он настоящий герой. В конце концов Прокофию надоело их восхищение, ведь, на самом деле, он обычный волшебник и ничем не лучше других детей.

– У него это вышло случайно! – выпалил он.

Мистер и миссис Фарадей мгновенно прекратили обсуждать удивительное происшествие и, оторвав глаза от экрана, с недоумением воззрились на сына. Ох, напрасно он это сказал, теперь начнутся вопросы, откуда ему об этом известно. А признаться маме и папе, что он подслушивал, Прокофий ужасно боялся.

«Всегда будь собой, а другим позволяй быть другими!» – твердили ему с ранних лет. И это были не просто слова – чужое пространство имело огромную ценность для волшебников: никто не давал другим советов, пока их не просили, не осуждал соседей и не учил людей, как жить.

Это было основой основ, неприкосновенным правилом. Прокофий вдруг подумал, что возможно, это и есть та самая свобода, которую чествуют на Балу Огней, а он ее взял и нарушил. Значит, теперь ему придется молчать и обо всем остальном. Но ведь как-то же он должен сказать родителям об этой странной штуке со временем и предупредить их об опасности.

– Я… мне выболтал Тельман, а ему… сказала сама миссис Скидл. Иногда они видятся в городе… м-м… вместе ходят по магазинам.

Вы ведь знаете, они это любят, – решился на ложь Прокофий. Разумеется, ему было жутко стыдно, но что еще оставалось делать?

К счастью, родители не удивились. Слишком уж это было похоже на правду.

– Он случайно создал те кеды, – снова повторил Прокофий, опасаясь, что в первый раз родители не обратили на его слова должного внимания. – Только подумал, и вот – они уже появились. Потому-то Скидл и решил всем похвастаться.