Миллиард долларов наличными

– Левон, такие дела так просто не оставляют, – сказал в трубку Ганя. – Я хочу подъехать, прямо сейчас. И прояснить картину. Подъеду со своим человеком и с Арбузом, ты не против? Хорошо, скажи ему.

Взяв трубку, парень сказал только одно слово:

– Ладно.

Выйдя из будки, Арбуз сел на заднее сиденье в «мерседес», стоящий у тротуара. Аллы, как заметил Седов, в машине уже не было.

Довгань, усевшись за руль, зло выругался. Устроившись рядом с ним, Седов облегченно вздохнул. Главное, что не было толкотни на улице.

Остальное – разговоры, терки, толковища и прочую дипломатию, принятую у деловых, – уладить будет легче.

Дав полный газ, Довгань через пару кварталов под визг тормозов свернул в одну из улиц. Машину он остановил у старинного особняка. Здание стояло в глубине палисадника, отделенного от тротуара высокой чугунной решеткой.

Выйдя из «мерседеса», Довгань, Седов и Арбуз подошли к закрытым на засов воротам. Прогуливавшийся по палисаднику парень в тенниске и джинсах, с сотовым телефоном в руке, приблизившись, поднес телефон к уху.

Набрав номер, сказал негромко:

– Они приехали. Арбуз, Ганя и с ним еще один. Хорошо. – Отодвинув засов, открыл ворота. Пропустив их, снова закрыл. Посмотрел на Довганя: – Ганя, извини – оружие есть?

– Своего нет. Только ваше.

– То есть?

Довгань посмотрел на Седова. Процедил сквозь зубы:

– Отдай ему.

Седов передал парню три пистолета и два ножа. Хмыкнув, парень рассовал оружие по карманам. Кивнул:

– Пошли.

Проведя их в дом, подошел к одной из дверей. Постучав, сказал:

– Левон, они здесь.

Из-за двери раздалось:

– Пусть входят.

Открыв дверь, парень показал глазами: входите. Войдя вместе с Довганем и Арбузом в комнату, обставленную как кабинет, Седов увидел сидящего за столом в мягком кожаном кресле человека с восточными чертами лица, светловолосого, голубоглазого, лет примерно около сорока. Когда они вошли, человек, не глядя на них, крутил лежащую перед ним на столе зажигалку.

После того как сопровождавший их закрыл дверь, хозяин кабинета, по-прежнему ни на кого не глядя, кивнул:

– Садитесь.

Все, кроме сопровождающего, который остался стоять у двери, сели в кресла. Левон некоторое время еще продолжал крутить зажигалку. Наконец, отложив ее, посмотрел на Арбуза:

– Говори. Ты первый шум поднял.

– Левон… Ну сам подумай, кто мог замочить Грека? Только чужой. Ни одна команда не взяла бы на себя такой грех.