Хокуман-отель (сборник)

Никаких строений на земле поблизости Гарамов не видел, только ровные квадратики полей, перемежаемые зарослями и пустырями. Экипаж сидел на своих местах.

Сергей понимал, что все пытаются сейчас сообразить, какое внизу побережье. Корейское? Или наше? Если самолет не очень сбился с курса и продолжал лететь к востоку и только сейчас свернул к северу, значит, справа по курсу самолета Японское море.

– Где же это мы, а, братцы? – спросил радист.

– Японское море, – сказал сидящий рядом с Гарамовым бортмеханик.

– А Желтое не хочешь? – Штурман насмешливо посмотрел на него.

Бортмеханик, вместо ответа, посмотрел на второго пилота.

– Бензина уже нет. – Второй пилот выругался сквозь зубы, вглядываясь вниз. – Летим на честном слове.

– Хибара какая-то, смотрите. – Штурман чуть привстал.

– Угу. Охотничий домик. Прямо по курсу.

Гарамов посмотрел туда, куда вглядывался штурман, и увидел далеко впереди, у горизонта, у самой кромки моря казавшееся отсюда крохотным строение. Что-то небольшое, похожее на жилой дом.

Кажется, там есть еще какие-то домики поменьше, но их скрывают заросли.

– Надо садиться, – сказал бортмеханик.

– Чужая территория, – заметил радист.

– Лучше места все равно не выберешь.

– А хибара? – спросил штурман. – Место-то хорошее, только хибара.

Все замолчали, вглядываясь в проплывающую внизу кромку пляжа.

– Иду на снижение. – Второй пилот чуть опустил штурвал.

Да, если бензина нет, его можно понять. Гарамов сразу ощутил наклон. Земля стала приближаться. Ближе, ближе.

Ну что ж, садиться так садиться. Надо исходить из новых обстоятельств. Сейчас Гарамов хорошо различал проносившиеся совсем близко под самолетом заросли бамбука, пустыри, покрытые травой, а ближе к морю – резко очерченную белой пеной песчаную полосу пляжа. Пилот нажал рычаг – внизу зашумели выпускаемые шасси.

– Как будто глинозем, – вглядывался штурман. – Володенька, ты понял? Пронесло.

Пилот не ответил. Лицо его было сейчас потным; оскалившись, он вгляделся в несущуюся навстречу землю, чуть заметно двигая штурвалом.

Все молчали, понимая, что сейчас, через несколько секунд, последует толчок о грунт. Вот он. Самолет встряхнуло, подбросило, снова встряхнуло. Сели. Все облегченно вздохнули. Корпус самолета мелко дрожал, но эта дрожь была теперь уже от того, что колеса мчались по земле. Гарамов ясно различил быстро приближавшееся к ним светлое трехэтажное здание.

– Охотничий домик к нашим услугам. – Штурман промокнул обшлагом рукава пот на лбу.